#Бояръ-Аниме. Романов. Том 7

Прибрав бумагу к рукам, Эмиль воспользовался старыми проверенными контактами посольства и вышел на бояричей Смольного и Литвинова. Заплатить пришлось из своих денег, так как официально о бумаге наверх Курт не докладывал. Отчаянный шаг, но в случае успеха у второго секретаря действительно имелись все шансы стать дворянином. Самого низкого положения, разумеется, но уже что-то.

— Что думаешь, княжич? — спросил меня Емельян Сергеевич, прекратив расспрашивать медленно раскачивающегося человека.

Судя по внешнему виду, англичанин готовился окончательно сойти с ума.

Во всяком случае, не было похоже, что он сможет оправиться после такого длительного воздействия. Но мне было его совершенно не жаль.

— Я не верю, что листок попал в Британское посольство сам по себе, — ответил я. — Но раз начальство Курта об этом не знало, а на приеме виконт вел себя так, будто мы никак не свяжем с ним его секретаря, выходит, сами англичане тоже непричастны.

Невский одобрительно кивнул, явно довольный моими выводами.

— В посольство его подбросил кто-то из подданных Русского царства, — продолжил мою мысль Емельян Сергеевич. — И это лицо знало не только о существовании шестерых сыновей Михаила II, но и о том, что британцы обязательно воспользуются информацией.

— Вряд ли можно было просчитать, что этот простолюдин возомнит себя великим комбинатором и так легко попадется, — покачал головой я. — То, что нам попался Курт, еще не значит, что остальной список не достался другим иностранцам.

Секрет царя получил огласку и больше тайной не является. Нужно вызывать всех сыновей и объявлять кого-то цесаревичем, пока их всех не перебили поодиночке.

Великий князь Московский хмыкнул, после чего одним легким воздействием усыпил Эмиля. Курт рухнул на постель и сладко засопел, на лице бывшего второго секретаря расползалась улыбка.

— Он нам больше ничего не скажет, — произнес Емельян Сергеевич. — Идем, Дмитрий Алексеевич, будем докладывать царю.

Надолго ходьба по коридорам не затянулась.

Единственное место, где пришлось немного подождать — у двери царского кабинета. Государь изволил распекать кого-то по телефону.

Но спустя три минуты нам велели войти.

— Что у тебя, Емеля? — уже совершенно спокойно поинтересовался государь.

Пока Невский докладывал, сопровождая свои слова записью допроса, которую, разумеется, сделал на кассетный диктофон, я ждал у стены. Михаил II внимательно прослушал и запись, и Невского.