Книга 10. Пожиратель Империй. Часть 1

И абсолютно прагматичный Катрион принял их “деловое предложение”.

В результате семь Байгу объединились во внешне благополучное, но по факту предназначенное для постоянного взаимного контроля Содружество.

Второй стеной была бескрайняя Пустота. Так называлось пространство без сформировавшихся миров, по которому было невозможно нормально перемещаться даже для кого-то уровня Байгу.

Если проводить аналогию с обычной географией, то территории Катриона в мировом пространстве, окружённые с одной стороны владениями других Байгу Содружества, с другой стороны упёрлись в “океан”.

Третьей же стеной был предел захваченных миров. Тут Абракс явно путался в показаниях, так как, похоже, сам не понимал до конца, как там и что работает. Но суть, на самом деле, была довольно проста: Катрион больше не мог захватывать новые миры.

Не из-за влияния других Байгу или Пустоты. Он банально упёрся в какой-то естественный барьер, обусловленный законами самого мироздания.

Иначе, и это было логично, Катрион скорее всего вообще все подчинённые ему миры превратил бы в кусочки Единства. Ну, может быть оставил бы пару десятков, чтобы иметь нескольких Руйгу в качестве телохранителей.

Казалось бы, тупик со всех сторон. Но я уже давным-давно понял, что, если какая-то проблема кажется неразрешимой, то проблема лишь в недостатке силы для её решения.

И действительно. Будь Катрион сильнее, ни Содружество, ни Пустота, ни ограничения мироздания не смогли бы его удержать.

Тем не менее, Катрион каким-то чудом сумел найти метод возвысить свою мощь до нового уровня. И как раз тут во всей этой истории появлялся я. Потому что для этого метода были нужны те самые предметы, что Катрион приказал мне достать.

План же заговорщиков заключался в том, чтобы пропитать эти предметы специальным ядом, прежде чем отдавать их заказчику, чтобы при попытке прорваться, находясь в самом уязвимом состоянии из возможных, Катрион получил смертельную дозу отравы и умер.

А для этого им был нужен я, тот, кому Катрион и заказал эти предметы, чтобы у него не возникло сомнений по поводу их происхождения.

- Гладко стелешь, - протянул я, когда Абракс закончил свой рассказ.