Звездюля: рождённый разгибать

Однако технология изготовления требовала колоссальной силы для выпрямления, а сами растения росли только в местном климате.

Орден получил технологии от мёртвого графа, а большая часть местных земель была дарована основателем правящей династии секте Альфии, поэтому пружинные деревья им не были интересны. А вот истуканы и магические огороды были.

При этом наместницами называли тех, кто мог общаться с божеством. Именно такое общение или его имитация привели к попытке нападения на усадьбу при помощи монстров.

Я и сам паладин подозревали одно и то же: старушка притворялась, чтобы получить выгоду самой.

Но доказать это уже не представлялось возможным.

Между тем графу-старику придётся минимум несколько лет выплачивать подать пружинными деревьями себе в минус, иначе будет лишён земли, не смотря на бедствие, которое случилось.

Впрочем, я сумел воспользоваться телом третьего одержимого мной мага, являющегося вельможей, чтобы прочитать копию условий.

Там была фиксированная цена на пружинные деревья, но за минувшие сто лет с подписания этой бумажки цена на ресурс выросла, а стоимость денег несколько уменьшилась.

С другой стороны, основная прибыль графа была в продаже редких магических трав. Так что своего эта семья не упускала.

Каждый раз прилетая, я проверял беременных женщин.

Наконец-то обе были в курсе своего состояния, но это не изменило их быта.

Я же отметил, что аура смерти, благодаря атаке Альфии, несколько уменьшилась. А вот сил псевдонежити было достаточно для поддержания жизни, но большую роль играли всё же мои редкие вмешательства.

Однако моя жизнь между телами закончилась несколько внезапно.

Граф, состояние которого мне казалось стабильным, умер.

Теперь для исполнения договора требовался наследник, так что пришлось избавиться от маны и лишней памяти, после чего занять место в новой «клетке».

Но в отличие от каменного или чужого тела мне открывался потенциал развития. А пересидеть несколько месяцев для рождения?

Я умею ждать.

Вот только стоило мне появиться на свет в новом теле, как я ощутил нечто знакомое:

– Он живой.

– Кажется, ему не понравилось, – произнесла перерезающая пуповину Чари.

Кроме этой парочки здесь было как-то уж очень многолюдно. Сразу несколько незнакомых женщин.

– Звездюля Пустынный, дамы, вы согласны на регистрацию будущего графа под этим именем? – произнесла женщина в форме местных бюрократов.