Экспансия: Основание. Том 2

— Если честно, леди предпочла бы остаться инкогнито, — пригубив терпкий напиток, ответила девушка. — Этот вечер слишком хорошо начинается, чтобы портить его титулами и родами, так что можете обращаться ко мне моя леди, а я к вам — рыцарь.

— Звучит интересно, хоть и несколько старомодно, но возражать не буду, — согласился я, подливая ей и себе в бокалы вино.

Несмотря на то, что я уже осилил одну бутылку, чувства опьянения не ощущал, разве что самую малость. Одно из побочных проявлений навыка лечения эфиром.

Привычка организма держать себя в тонусе привела к тому, что я уже на бессознательном уровне нейтрализовывал все вредные вещества, поступающие внутрь и теперь пьянел лишь только в том случае, когда принуждал себя к этому.

Дальнейший наш разговор был из разряда обо всём и ни о чём. Леди рассказывала о столичной жизни, при этом ловко избегая каких-либо моментов, которые могли бы хоть как-то приоткрыть её принадлежность к роду, и тем не менее, я пришёл к выводу, что прибыла она совсем недавно.

В общем, компания оказалась довольно приятной, и вечер в самом деле пролетел незаметно и весело, и незнакомка не отказалась продолжить беседу в более интимной обстановке, так что рассчитавшись и прихватив с собой ещё пару бутылок чертовски дорогого и вкусного вина, мы направились ко мне в гостиницу.

Едва мы вышли из ресторана, как нас встретила моя охрана, при этом других телодвижений на стоянке я не заметил, хотя там по-прежнему стояло несколько машин с гербами.

Задержавшись на минуту, я ожидал, что хоть где-то вспыхнет свет в салоне, но нет, девушку никто не охранял, и это наводило на определённые мысли.

До номера мы добрались без приключений, и едва стоило мне закрыть за собой дверь, как с девушки слетели всякие рамки приличий, и она, одним ловким движением скинув платье, под которым ничего не оказалось, очутилась в моих объятиях.

И какой чудак сказал, что змеи холодны и бесчувственны?

***

Гостиничный номер

Хорс

Будильник на комме надрывался, пытаясь поднять своего хозяина, но я, чувствуя, как гудит голова, а тело бьёт озноб, в который раз отсрочил подъём на десять минут.

— Блин, а говорят, что в приличных ресторанах нельзя отравиться, — пробормотал я, всё же с трудом разлепив глаза. Состояние было отвратительное, хотя, когда в мозгу вспыхнули картинки прошедшей ночи, на мгновение полегчало.