#Бояръ-Аниме. Романов. Том 4

А для того, чтобы, став князем Демидовым, я имел положительный облик в глазах общества и не имел врагов, которые исторически ненавидят Романовых, меня нужно продвигать в отрыве от семьи. Показывать мои личные достижения и заслуги.

— Ты связывался с матушкой? — спросил я, меняя тему. — Я не смог дозвониться ни вчера вечером, ни сегодня утром.

Демидов усмехнулся.

— И не сможешь, — заверил он, — столица кипит, и связь там не работает. Великий князь Киевский, которого считали предателем решительно все, вместо того чтобы присоединиться к мятежникам, ударил им в спину.

— Отдал долг за польское вторжение, — кивнул я.

— Какой долг? — посмеялся Руслан Александрович. — Дима, да Киевский всегда был человеком государя! Он только играл противника Милославских, но ты посмотри на его дела — ни одного решения не принималось в Киеве без одобрения царя. И все инициативы Михаила II Можайский поддерживал, хотя и рассказывал всем вокруг, какой государь тиран.

Я хмыкнул в ответ на эти слова.

— А с Ириной все в порядке, — махнул рукой Демидов, возвращаясь к моему вопросу. — Как только бои в Москве закончатся, и связь восстановится, поговоришь с ней сам. Пока что я снял всех со своего особняка и вместе с боярскими отрядами прикрываю ваш особняк, в подвале которого твоя мать и отсиживается вместе с детьми. Да и бои там не пойдут — соваться на территорию князей, которые только и ждут малейшей возможности, чтобы порвать Рюриковичей, которых ненавидят вот уже сколько поколений? Да дай только повод, половину столицы спалят, лишь бы этот клан уничтожить.

Что ж, классовая ненависть действительно имела место быть. Ведь клан Рюриковичей буквально сидел на самых важных ресурсах царства. Не по достоинству, а по праву рождения. И как видно на примере того же Измайлова, могли поколениями получать поддержку из казны, на которую обычные князья рассчитывать не могли. И это не считая того, как они относились к окружающим благородным родам.

Это Соколов нормальный, по крайней мере, на первый взгляд, человек.

И теперь, когда появился шанс поквитаться за эту несправедливость, у многих будут чесаться кулаки.