Рубеж-Владивосток (книга 1)

– Подскажите, сударыня, как мне найти дом Румянцевых? – Поспешил спросить, когда она уже стала закрывать обратно.

Задумалась ненадолго.

– У них вроде постоялый двор на улице Аврора имеется.

– А они там?

– Сударь, почём мне знать? Видите, что творится? – Заворчала и захлопнула двери.

Обернулся, по набережной отряд полиции прогуливается. Но тут же резко разворачивается обратно при виде горстки пеших гусар, идущих им навстречу, шпорами позвякивая.

Пока лошадь отвязывал, гусары у перил скопились и заохали.

Нет, не плавающие тела. Просто корабельные доски, частично обуглившиеся к берегу прибило, от волн по камню набережной постукивают. И их так много, что жутко становится от осознания, сколько лодок разрушено, сколько людей утонуло. На протяжении километра вся береговая линия усыпана. В двух сотнях метрах слева – спуск, где уже люди возятся, что–то достают.

– Японская древесина, – прокомментировал один гусар угрюмо.

– Да что там у них стряслось? – Ахают другие.

– Даже ротмистр не знает…

– А вы чьих будете, сударь? – Обратились уже ко мне. – Форма не гусарская, а седло с символикой нашего полка.

– Князь Сабуров Андрей Константинович, – представился и дальше любезно объяснился: – второй эскадрон шестого хабаровского полка у меня в поместье лагерем встал, ротмистр Илларион Грибоедов выделил мне эту лошадь на поездку. Прошу заметить, с возвратом.

– А, барин, виноват…

– А чего вы барин, на паровозе не уехали отсюда? Любопытствуете?

Вопросами сыплют, а сами смеются.

– Я по делу, – отвечаю, смутившись.

– Да мы тоже, – смеются.

– Выживший! – Раздаётся пронзительное со стороны полиции метрах в тридцати от нас.

Полицейские побежали к спуску в обход. А гусары мундиры поскидывали с сапогами и так полезли через перила. Верёвка откуда–то нашлась страховочная. Вроде разгильдяи на вид, а в таких ситуациях без шуток всё делают быстро и решительно, воды не побоявшись.

Вытащили выжившего быстрее, чем полицейские оббежали. На набережной растормошили его.

Как и ожидалось, выжившим оказался японский рыбак, который за доску уцепился, с ней и приплыл. А нет, даже не уцепился, привязали его. Совсем ещё пацан, лет четырнадцати. Мелкий, худой, в лохмотьях. Одно ухо разорвано.

Дрожит весь, зуб на зуб не попадает. Гусары кителем укрыли. Воды питьевой во фляге для него нашли.