Рубеж-Владивосток (книга 1)

Последним сам ротмистр. Но он сразу с делом:

– Нам приказано оборону держать в бухте Якорной. В лесу скудном чалиться – дрянная затея, без вида на море, мы как слепые котята. Позволь, князь, лагерем у тебя стать? Всем же веселее.

– Земли много, пожалуйста, – ответил ему дружелюбно.

– Соболезную утрате, Андрюш, – произнёс Азаров, тяжело вздохнув. – По–другому здесь всё было.

– Разрушили всё, – согласился с грустью.

По плечу похлопал меня.

– Хороший был мужик, – выдал ещё один старый гусар и тоже по плечу хлопнул.

Было тихо и спокойно, только чайки покрикивали. Но вот табун в сто двадцать гусар набежал. Стали живенько лагерь оборудовать. За каждое дерево спросили. Полевая кухня на телеге подъехала, кашей меня угостили.

Дядя Шурик, разобравшись, что к чему озадачился. Мол, живу я в нищете не по заслугам.

– Батя его лучшим мехаводом был в Приморье, – выдал за костром. – Столько жизней спас, никакие крысы его имя не запятнают после.

– Знаем, знаем, – подтвердили гусары. – Сабуров–князь боевой был.

Кивнул с комом у горла. Растрогали меня гусары.

Фёдор к ночи только явился, когда я уже места себе находить перестал. Впервые он так долго.

Дед гусара Азарова сразу узнал. Обнялись они горячо, в щёки друг друга расцеловали. Вспомнили все заслуги бывшего гренадёра и то, что тот боксёром лучшим был.

И всё же заметил я, что Фёдор мой сам не свой стал. В лице переменился.

Зато я с новыми гостями отвлекся от дурных мыслей, перестав думать о словах принцессы на строевом смотре. Вот только тоска по Татьяне Румянцевой стала точить сердце только сильней. С гусарами, которые в основном о барышнях и говорят, по–другому никак. Помимо всего прочего вогнали в краску меня своими шутками неприличными, да закоптили табаком.

От Татьяны никаких вестей. Хотя в глубине души надеялся получить очередное письмо с гонцом. Ведь все предыдущие мне Фёдор приносил, они сюда и приходили.

Гусары тоже не смогли толком ничего про Румянцевых сказать. Зато про дочку Третьякова таких баек наслушался! Что она от гусаров без ума.

Через два дня стало невмоготу, решил собраться в город и разузнать о Румянцевых хоть что–то. Тем более с эскадроном гусар в поместье можно уже не переживать о мародёрах.

В центр Владивостока, где всё зарастает военными постами, тяжело пробиться, но попытаться стоит. Азаров мне даже лошадь нашёл.