Рубеж-Владивосток (книга 1)

И вжаться щекой в пыльную брусчатку с бешеным сердцем.

Забарабанило по металлу, засвистели рикошеты. Осколки надо мной пронеслись, врезаясь в потрёпанные деревья и прочие препятствия, долетая до недобитой трибуны, судя по звону и треску. Следом проносится раскат грома.

– Однажды мы поймаем эту тварь, – раздалось со стороны мехаров приглушённое.

– Догоняй! – Воскликнул один и взмыл в высоту.

Второй следом оббежал меня, помчав на плац к синему оргалиду!!

Похоже, эти мехи даже не заметили меня. И всё же спасли.

Поднимаюсь, шатаясь. От гари, темнеет в глазах. Руки винтовку еле держат.

Как хорошо, что Небесная прикрывает гражданских. Скорее всего, там и Татьяна! А я... Что ж я делаю? Куда бегу? Аксельбант на мне в крови чей–то всё ещё цветов флага российского. Знамени нет в руках, оно в сердце.

А значит… Разворачиваюсь обратно.

Пусть это будет моя последняя битва. Пусть я не нанесу ущерба. Но хоть отвлеку. Ведь слышу, да и предчувствую, что тяжело им. Каждый солдат на счету! Каждая винтовка.

Воет сирена воздушной тревоги далеко и ущербно, и не ясно уже, когда начала.

Как гады сумели застать нас врасплох? Как подкрались так близко?! Тут же столько полиции было, дирижаблей боевых, что с подзорными трубами всё видят на десятки километров??

Приближаюсь к плацу и, не решаясь пойти по нему, начинаю движение вправо в обход. Так, по крайней мере, сумею понять, обстановку.

Миную шпиль с памятником, и дыхание перехватывает.

Вижу здоровенную синюю тварь, которую со всех сторон безнадёжно лупят мехары, попутно отбиваясь от мелких! Чёрный мех вытворяет такие акробатические приёмы, что принцесса с её легендарным мастерством и близко не стоит. Но, может, я чего и не понимаю. Небесная тянет главную тварь на себя, отвлекая и уводя от всё ещё целого здания, которое примыкает к казарме. Лупит клинками мощно и жёстко, отбивая выпады, что ледышки дождём летят с массивных лап.

При этом пилоты переговариваются, что–то друг другу кричат сквозь мерзкий рёв тварей.

Где–то за плацем со стороны трибуны ещё бьются мехи. Став последним в небе, ещё один горящий дирижабль рушится за стенами училища. А две вражеские «птицы» устремляются на помощь своему синему «ящеру»!

Натыкаюсь на двух полицейских, которые под газоном лежат целёхонькие.