Рубеж-Владивосток (книга 1)

Потому что знаю, смогу лучше. И ещё не раз мы сюда придём. Пусть пока порадуется.

Следующая учебная секция считается самой главной. Потому как здесь размещена полуразобранная кабина настоящего мехара! Приварена балками с клёпками прямо к металлической платформе, под которой ещё и кирпичная кладка. Нет ни крыльев, ни конечностей. Поговаривают, что боевую машину и не разбирали вовсе в учебных целых. Подбитую уже приспособили сюда, выпилив ненужные детали.

Хотя, как известно мне, ни один наш инструмент металл мехара не берёт.

Здесь преподаёт уже целый подполковник в синей форме с солидной планкой орденов и аж с двумя пурпурными лентами! Невысокий офицер лет пятидесяти, со скулами выраженными и глазами бешеными, будто мы уже провинились в чём–то. На костыль опирается. С ним рядом поручик отрешённо смотрит в стену, в сторонке тётечка медсестра ещё одна сидит на стуле, тоже вид, будто всё вокруг плохо.

И завершает угрюмую идиллию два часовых у переносного сейфа в углу, стоящих с карабинами на плечо со штыками сомкнутыми.

Сейф нараспашку. Внутри на тканевой плахе коробка открытая, из которой сияние лиловое исходит и по всему сейфу разливается, вырываясь в большой зал уже более мягким бледно–розовым свечением.

Даже самый недалёкий юнкер знает, что это такое. Эрениевая частица!

В учебных целях в училище хранится одна, заключённая в кольцо управления. По выпуску отобранным в меха–гвардию офицерам принцесса самолично вручает такие кольца с частицами.

Эрениевые частицы – это достояние императорского рода. И если офицер погибает в бою, то кольца возвращаются в казну, а не вручаются семье погибшего. На охрану частицы целая караульная служба в училище организована.

Выстроились! Сердца юношеские бешено бьются. Я даже слышу, как у товарищей долбят.

– Главная учебная точка, товарищи юнкера, – объявляет подполковник сипло. – Здесь не важны ваши физические данные и умственные способности. Только ваши тела, как объекты, а точнее их жизненная сила, которая через эрений, он же проводник, оживляет тот самый аппарат, ради владения которым большинство из вас поступили в училище. Исправлюсь! Ради защиты долга по средствам онного!

В принципе, мы и так знаем теорию.