Рубеж-Владивосток (книга 1)

Однажды, в возрасте девяти лет мне посчастливилось видеть её очень близко. Тогда мы вместе с отцом поклонились ей. А она улыбнулась доброй улыбкой именно мне, помахала нам у ног стального исполина и запрыгнула живенько в свой мехар.

Проникновенный взгляд иссиня–голубых глаз забыть невозможно.

Тогда я подумал, что хочу жениться именно на ней. И уже тогда сердце моё впервые разорвалось от тоски, когда она эффектно улетела в облака на блестящих перламутром синих крыльях.

Спустя год с небольшим я лишился всего. Родителей, двух братьев, сестры, крова.

И сидя на руинах своего дома десятилетним мальчишкой, вспомнил те самые глаза уже с другими чувствами. И перестал реветь. Потому что понял, как мне нужны такие перламутровые крылья.

У меня остался лишь верный моей семье старенький дворецкий, несколько уцелевших сараев и куча бесхозной земли, за которую каждый год набегают налоги. Ах, да, ещё титул князя, за который постоянно должен держать ответ.

– Андрей? Спишь? – Раздался шёпот, вырывающий меня из глубоких раздумий.

А может уже и грёз.

Максим подсел к моей кровати, устроившись практически у изголовья. Крепкий, зеленоглазый, темноволосый и высокий парень отличался во взводе своей физической силой и амбициями. А ещё смазливым лицом наряду со всем этим.

– Чего тебе? – Бурчу недовольно и понимаю, что рота уже затихла, на дворе время к полуночи. Казарма тихо посапывает, и только этому не спится.

По телосложению и силе этот юнкер ни чем не уступает мне, именно по этой причине он периодически нарывается.

Но не переходит черту, потому как рос в слишком благоприятных условиях.

– Так вышло, что у нас общение не заладилось, – начал юнкер неуверенно в полтона. – Но я готов предложить свою дружбу, забыв все претензии к тебе.

– Очень признателен, к чему такая честь? – Спросил я с иронией.

– Без сомнения, да и ротный знает, что ты лучше всех маршируешь, – шепчет Максим воровато. – Тебе здесь доказывать нечего. Я марширую чуть хуже, но ростом мы одинаково высоки. Прибудет и мой отец из столицы.

Так получилось, что мы расстались плохо. И вот представился случай, где смогу проявить себя, чтобы он гордился мной. Андрей… Мне очень нужно на знамя.

– Не совсем тебя понимаю, – встрепенулся я, приподнимаясь на локти.

В полумраке не видно лица, но я словно вижу этот хитрый, изворотливый взгляд змея.

– Тебе всё равно не пробиться в гвардию. Род в немилости у батюшки, сам ты с Румянцевым закусился. На торжественном марше никто ж не придёт на тебя посмотреть.