Рубеж-Владивосток (книга 1)

Просто любуюсь. А в мыслях уже, как целую её, как отвечает… И стыдно, и хочется.

– Что уставились, сударь? Дуэли хотите? – Выдаёт вдруг и хмурится.

– Ни в коем случае, сударыня! Прошу простить за невежество, выраженное в прямоте.

Резко разворачивается и уходит к своему мехару.

– Учись быть среди людей, учись быть среди мужчин, – бурчит себе под нос. – Я пыталась, Насть. Шла бы ты к Синему в задницу.

Слух у меня отменный, не думаю, что для моих ушей было сказано.

– Постойте, сударыня, – окликаю, поднимаясь на ноги.

Замирает в пяти метрах, не оборачиваясь.

– Вы так красивы, что руки держать перестали, простите! – Выпалил, будто я не я.

Гусар во мне взыграл. Вот наслушаешься ярых ходоков перед костром вечером! И думать не надо, все дежурные фразы уже на языке.

– Слабо верится, – выдавила, не оборачиваясь.

– Сердце моё послушайте, – поспешил ответить во мне гусар.

– Дурак, – раздалось с усмешкой, и Агнесса рванула к меху быстрее.

Твою, дивизию, как Азаров выражается! Да она засмущалась?!! Гусара с побитой рожей.

Мехар сам вдруг поднялся, когда она подошла! Вот это что–то из ряда вон… запрыгнула в кабину так быстро, что я едва уловил движения. Но скорее это потому, что взор притянула обтянутая лосинами попа. Никогда не видел женских прелестей в таком откровенном виде, но готов поспорить, что эта самая лучшая из всех… прелесть.

Словно завороженный смотрю, как закрывается крышка кабины. Как лицо, занавешенное белыми волосами, решительно направлено на меня, как сквозь локоны белые исподлобья смотрит в ответ чарующими глазами цвета моря.

Пока закрывающаяся броня не прерывает наш контакт.

Мехар делает шаг в мою сторону, ломая ветки с треском. Конь мой отшатывается в испуге, но теперь я сильно держу за уздцы.

– Вы не ответили на первый вопрос, – раздаётся уже голосом холодным и беспринципным.

Совершенно другая барышня. Уверенная в себе и сильная.

Чеканю и я уверенно:

– Второму эскадрону Шестого хабаровского полка, в котором состою, приказано ставкой Владивостока от Якорной бухты до Емара патруль осуществлять.

Голос у меня прорезался, ибо, не видя, её общаться легче.

– Принято, – отвечает официозно.

Турбины с рёвом траву с кустами обдают, мехар вырывается меж крон в небо. Листья сорванные сыплются на меня дождём. А я смотрю, как уменьшается фигура в небе, превращаясь в точку.