Гений лаборатории

— Это он?

— Да, но у него такой улыбки с роду не было. Подрисовали, наверное. Этот тип вечно угрюмый ходит и на всех огрызается. Терпеть его не могу.

— И давно эта псарня открылась?

— С полгода, наверное. Только на нем не псарня написано, а приют. Благотворителем себя выдает, старый хрыч. А вот же он! — она ткнула пальцем в окно.

Я тут же вскочил на ноги и быстро подошел к ней. По улице шаркал сутулый пузатый мужик в поношенной шляпе с полями. Он свернул к небольшой забегаловке и скрылся внутри.

— До самого вечера там просидит.

Я помог ей помыть посуду, прибил полку, закрутил дверь шкафа и, пообещав приходить почаще, вышел из дома. Однако пошел не на остановку, а в ту самую забегаловку, куда зашел Дон Ук.

Когда зашел, сразу увидел его. Мужчина сидел в дальнем углу, с шумом хлебал суп и запивал соджу. Я опустился за соседний стол и подозвал официанта.

— Добрый день. Чего желаете, уважаемый гость?

— Можете принести самое дешевое блюдо из вашего меню. Боюсь, у меня совсем мало денег, — вполголоса сказал я, но так, чтобы Дон Ук услышал.

— Могу предложить лапшу и кимчхи.

— Хорошо. А попить принесите стакан воды.

Официант кивнул и поспешил на кухню. Я повернулся и встретился взглядом с Дон Уком.

— Не хотите куртку купить? Почти новая. Всего три года ношу, — предложил я и протянул ему джинсовку, которую купил несколько дней назад.

— Нет. Мала будет, — буркнул он и вновь с шумом хлебнул. — У тебя работы нет?

— Постоянной - нет, только подработки. Никуда не берут. Везде нужны либо связи, либо большой опыт. А откуда мне большой опыт? Я только недавно учебу закончил, на которую кредит брал. Теперь каждый свободный вон, который удалось заработать грузчиком или уборщиком, в банк отношу. Иначе в тюрьму посадят, — я тяжело вздохнул и опустил уголки губ, старательно изображая из себя несчастного.

— Не хочешь у меня подработать? — предложил Дон Ук.

— Хочу! — с готовностью ответил я. — А что делать надо?

— Клетки и вольеры чистить. Работа грязная, поэтому работники надолго не задерживаются. Плачу каждый день в семь вечера по тридцать тысячи вон. На работу в семь утра.

— Я согласен! Когда можно приступать?

— Можешь прямо сейчас… Только заплачу половину дневного заработка, — предупредил он.

— Справедливо, — кивнул я.

— Тогда ешь и пошли.