Пришествие бога смерти. Том 5

Кожа румяная, лицо полно жизни, а волосы цвета пламени, как и у Ангелины, были распущены и подобно водопаду закрывали изящную спину женщины в шикарном платье, которое, подмечу, она переодела. Вера Артуровна и грудь слегка оголила в не очень глубоком декольте, и стройные ножки.

— Дожили, родной муж не узнал, — показательно надув губки, она отвернулась, и только мужчина начал паниковать, как та рассмеялась и бросилась в его объятия. Прямо прыгнула, и он её поймал, за что был страстно поцелован.

— Не забудьте поесть и плотно.

— Теперь я вижу, в кого ты такая красавица, а это кто такие? — я улыбнулся Лине, а после посмотрел на троицу. В голове сразу мелькнули мысли, что именно о них девушка и говорила.

— Это мои родственницы: Евге… — начала было говорить Лина, но я перебил и аккуратно взял её за руку.

— Неважно, они так бесцеремонно палятся на меня, что я сомневаюсь в приятности их компании. Пошли, поедим, — повёл её к ближайшему столу, так как Паразит, гад! Сдох или не сдох, но без него я не могу воспользоваться своими запасами калорий, и это бесит. Сильно ограничивает меня в возможностях.

— Это мы-то неприятные?! — раздался возглас блондинки.

— Ха, и это парень Лины? Коротышка, да и выглядит, будто месяц не кормили. Неужели нищий? — не знаю, кто говорил, не оборачивался.

— Девчат, а ведь главное говорила, что со слабаками не связывается. Видимо, всё же, и правда, от отчаянья начала давать, кому попало, — а это третья говорила, и я остановился, а после обернулся.

— Лин, потом скажи мне, кто эти грубые девушки, для них и их родов, которые не смогли воспитать достойных дочерей, мои услуги по омоложению и наведению красоты теперь под запретом, — я отвернулся и продолжил свой путь.

— Д-девчат… это… это он, что ли, омолодил старуху Виноградову?.

— У-у-уважаемый! Мы же шутили и не… — они кинулись к нам, но поздно. Мои слова услышали и другие. Троицу буквально смело толпой.

Нас облепили со всех сторон, заваливая вопросами, чем раздражали меня. Одно хорошо, путь никто не перегородил.

— Уважаемые, я истратил все свои силы и, если сейчас не поем в тишине и покое, то могу и сознание потерять.