Варлорд. Темный пакт

Парень вышел из борделя, сразу окунувшись из приятного лаунжа в гомон Ямы, сдобренный смесью запахов алкоголя, дыма, веществ, немытых тел и ядреных духов местной публики. Перепрыгивая по несколько ступенек, Олег спустился на первый этаж, направляясь к пандусу. Внутри у него появилось тягучее тревожное ощущение, и по пандусу к Арене он почти бежал.

Бой уже закончился – труп «костюма» с многочисленными пулевыми отверстиями на груди как раз выволакивали из чаши. Олег бросил на него только мимолетный взгляд, ощутив холодок страха в груди, – судя по организованной группе, окружившей Степу, Мустафу и испуганных туристов, тревожное предчувствие его не обмануло.

Вокруг, явно предвкушая интересное действо, на некотором расстоянии начали собираться заинтересованные зеваки, отвлекаясь даже от бесновавшегося в красном углу победителя минувшего боя.

Олег подошел к сгрудившейся толпе как раз в тот момент, когда квадратный чернокожий тип в арафатке закончил говорить. Испуганные французы, избавившись от хмельной удали, под его взглядом были готовы провалиться под землю.

Во внушительной группе чернокожих оппонентов Олег с удивлением заметил знакомое лицо. Это был Халид – бригадир двух точек по продаже секс-услуг и веществ в районе «трех дураков», где они пару раз пересекались. Халид едва заметно кивнул Олегу, но тут же перевел взгляд на чернокожего, который буравил взглядом одного лишь Степу.

Пауза затягивалась, а Олег внимательно перескакивал взглядом по недружелюбным лицам. Он не понимал, как в группе из черного гетто оказался Халид: молодой сириец был не на последних ролях в молодежной банде, контролирующей практически весь Юго-Запад Высокого Града, а эта публика с черным гетто обычно никаких дел не имела.

– Джон, да? Слушай, Джон, согласен, косяк на нас. Мы готовы заплатить, давай решим вопрос, – заговорил между тем Степа.

– Степан, да? – скопировал интонацию Джон.

Радикальность суждений и упоминание иблисова семени чернокожим громилой как-то объясняли нахождение рядом с ним Халида – чернокожие оказались братьями-мусульманами. Но никак не проясняло ситуацию. В черных гетто Града никаких последователей джамаатов из Центральной и Западной Африки давно не было – ушли из города, будучи вытесненными как раз сирийцами.