За последним порогом. Паутина

А может, на самом деле даже и не желает, а сказала просто потому, что само сказалось. Спрашивать бесполезно – она наверняка сама не знает.

К парочке присоединилась вышедшая из корпуса Дара, которая из солидарности тоже шлёпнула Ваню.

– Дара требует свою долю пошлостей, – захихикала Ленка.

– Ладно, что тут стоять, – вздохнул я. – Пойдём спасать бедного Ваню

– А чего его спасать, – пренебрежительно хмыкнула Ленка. – Он совсем не выглядит заморённым, девчонки его бережно эксплуатируют.

– Ага, и соблюдают регламент техобслуживания, – саркастически добавил я.

Ленка относилась к Ивану со снисходительным презрением, хотя на людях, разумеется, этого не показывала. Отчего у неё возникло такое отношение, и чем Иван это заслужил – было совершенно неясно. Скорее всего, неблагоприятным первым впечатлением при знакомстве, которое, как известно, изменить очень сложно. Впрочем, непохоже было, чтобы Ваня как-то старался это впечатление изменить.

Семья Сельковых была настолько увлечена общением, что заметила нас, только когда мы приблизились почти вплотную.

– У вас-то где была практика? – с любопытством спросил Иван.

– Всего несколько дней назад вылезли из пещеры в Рифейских горах, – ответил я чистую правду.

– Вас опять в пещеру загнали? – ахнули девчонки.

– От некоторых предложений очень трудно отказаться, – пожал я плечами.

– Это, наверное, потому что вы дворяне, – авторитетно заявил Ваня. – Преподы же Владеющие, дворян не очень любят.

– Много кто много кого не любит, – туманно ответил я, – так что не угадаешь. Но вообще-то среди Владеющих немало дворян, далеко не все от дворянства отказываются.

– Кстати, мы тоже решили не отказываться, – сказала Дара.

– Вам пока торопиться некуда, – заметил на это я, – у вас до этого ещё три года. Но я всё же посоветовал бы вам сначала как следует изучить уложения, касающиеся дворянства.

– Ты не одобряешь?

– Наоборот, одобряю, хотя к чему бы вам было моё одобрение. Понимаешь, довольно много людей принимают дворянство, не обдумав как следует, и не понимая толком права и обязанности. А потом дело кончается лишением дворянства, и никому от этого хорошо не бывает.

– Вот вас, например, никто дворянства не лишит, – хмуро заметил Иван.