Аномальный Наследник. Том 7

Я сразился с Волковым и княжичем Астраханским. В этих поединках я решил использовать меньше альтеры, так что они помогли мне ещё немного прогрессировать.

— Ну ничего, придёт время, и я выиграю! — после поражения заявил Юрий Урусов.

А вот Волков был не столь дерзок, когда я одолел его и только проговорил:

— Ну чемпион, ну даёт! С каждым днём всё сильнее и сильнее! Хех, придётся поднапрячься до следующего турнира!

У меня мелькала мысль свести оба спарринга к ничьей, но решил так не поступать. Объективно Шереметев гораздо сильнее и Волкова, и Урусова.

А оскорблять кого-то из присутствующих мне уж точно не хотелось.

Ещё меня ждал увлекательный бой один против двоих. Алиса смогла сагитировать близняшек «сразиться с братиком». Вот тут победителя не оказалось. Хотя... если учитывать, что после спарринга Маша стала несколько меньше меня бояться, то победили все Оболенские.

После тренировок мы вернулись в ближайшую к крепости усадьбу княжеского рода Платовых, где для нас заботливо приготовили зону отдыха у огромного бассейна под открытым небом. Рядом с бассейном стояли шезлонги и столики с лёгкими закусками и напитками.

Неподалёку была дверь, ведущая к раздевалкам и душевым.

— Ух ты, отдельные комнаты! — оказавшись в мужской половине здания, восторженно прошептал Борис.

Ну да, понять братца нетрудно — в памяти реципиента, если не брать раздевалки «Алой Мудрости», имелись воспоминания об огромной мужской раздевалке общественного бассейна, в котором пару раз доводилось побывать прошлому Аскольду, где пузатые мужики без тени стеснения расхаживали в одних тапочках на голое тело. Зрелище малоприятное, но запоминающееся! А здесь, в княжеской усадьбе, у каждого гостя отдельная комнатка с душем.

Собственно, в холле, когда большая часть парней переоделась в купальные трусы, и состоялся следующий разговор:

— Ну-с, молодёжь, кто первый смелый в женскую раздевалку полезет? — Арвин хлопнул по голым плечам своего младшего брата и Борю, подкравшись к ним сзади.

— О, да! Отличная мысль, Тёма! — восторженно воскликнул Миша, и, извернувшись, заглянул старшему брату в глаза.