Сила рода. Том 4

— Делайте ваши ставки! — несмотря на то, что мир сузился только до соперника и его ножа, я услышал зычный голос Лешего.

— Десятку на себя! — крикнул я и тут же пропустил порез по предплечью.

Слава богу, мундир он пробить не смог, но я мгновенно взял себя в руки и сфокусировался на бое.

Следующую минуту я только и делал, что уклонялся, отходил и отпрыгивал.

Крысёныш работал своей заточкой как заведённый, и мне пришлось приложить массу усилий, чтоб не дать себя задеть.

— Уф!

Момент, когда он выдохся, я определил совершенно точно.

Видимо, он использовал какую-то абилку, которая на короткий отрезок времени повышала скорость боя.

Пора.

Видимо, мысль отразилась на моём лице, поскольку барыга тут же отпрянул назад. А его эмоциональное поле окрасилось страхом.

— Давай…

Что хотел предложить барыга – я не дослушал.

Подшаг вперёд, жёсткий блок на вялый укол заточкой и мощный джеб точно в челюсть.

Барыга тут же поплыл, а я, перенеся вес тела на правую ногу, пустил импульс от бедра в согнутую в локте руку.

Один в один, как дядин апперкот, принёсший ему первенство города, когда он только-только окончил школу.

Хрусь!

Мой кулак врезался в многострадальную челюсть барыги, и его голова резко мотнулась назад.

Я же, пользуясь моментом, незаметно выдернул заточку крысёныша из ослабевшей руки.

Несколько мгновений его тело ещё стояло на ногах, но стоило нервным импульсам дойти до мозга, как барыга рухнул на пол.

— Я забираю его имущество! — крикнул я. — По праву сильного!

Толпа, только что замолчавшая, взорвалась возмущёнными криками.

И больше всего старался Леший.

— В смысле, по праву сильного? Тогда я щас выйду и надеру твой зад, школяр!

— Пацан барагозит!

— Это кто ваще такой?

— Ты под кем ходишь, малыш?

— Э, я тоже претендую по праву сильного!

— Чёт жирновато будет!

Я же молча стоял и делал вид, что всё идёт по плану. Хотя, судя по довольной роже Лешего, всё так и было.

— Откажись в мою пользу.

Шагнувший в круг мужик мог напугать своим внешним видом любого.

Его руки, грудь, шея и даже лицо были покрыты многочисленными татуировками.

Под тюремной спецовкой бугрились мышцы, а сбитые костяшки намекали, что он тот ещё любитель подраться.

— Это что ещё за ходячее письмо? — хмыкнул я, внимательно отслеживая эмоциональное состояние зэка. — Дам тебе золотой и вали, откуда пришёл.