Сила рода. Том 4

— Давай денежку мне!

Что Чутьё Воина, что эмоциональный фон – всё указывало на то, что этот барыга – редкостный проходимец.

— Тебе? — я смерил его скептическим взглядом. — Забудь.

— Ты чё, фраерок! — тут же начал бычить барыга. — Да я тебя!

— В очередь вставай, — хладнокровно ответил я и посмотрел налево, уже сомневаясь, что найду подходящую кандидатуру.

— Сколько хочешь на себя поставить? — донеслось справа.

Я повернул голову назад и уставился на соседа надувшегося барыги.

— Десять золотых.

— Брешешь, — уверенно заявил крепкого вида мужичок с татуировкой ягуара во всю грудь.

Похоже, мой список вопросов к тюремщику только что дополнился ещё одним пунктом.

— Нет у меня серебрушек, — я покачал головой, и, не дожидаясь пока от заключённых повеет разочарованием, добавил: — У меня есть гимназистский мундир…

— Эта тряпка? — рявкнул амбал, который терпеливо ждал, когда решится вопрос со ставками.

— Тряпка у тебя вместо штанов, громила, — я кивнул на помятые лохмотья, едва прикрывающие колени здоровяка.

Как и ожидалось, я тут же ощутил волну интереса, пробежавшую от заключённых.

Причём, судя по эмоциональному фону, кто-то завидовал, а кто-то уже нацелился отобрать мою одёжку силой.

Что касается десяти золотых, то я намеренно занизил цену одежды, чтобы не привлечь внимание действительно опасных типов.

— Дурак, пацан, — донеслось откуда-то сбоку, но я на это лишь усмехнулся.

Я видел только два пути адаптации в остроге.

Первый – слиться с толпой и не отсвечивать. Второй – сразу же заявить о себе как о человеке, с которым нужно считаться.

Первый путь был разумней, и, если бы не провокационная речь амбала, я бы, наверное, так и поступил. Но где-то в памяти сидело понимание, что параша – это клеймо.

Да и потом, зря меня, что ли, угостили обедом, повышающим выносливость?

— Пять, — мужик с татуировкой ягуара тем временем подумал и назвал свою цену.

— Десять, — я покачал головой. — Я знаю цену своим вещам.

Этой фразой я хотел заявить о себе, как об опытном человеке. Пускай мой возраст не позволяет сразу же принимать меня всерьёз, но тем не менее.

— Семь, — нахмурился татуированный.

— А, бог с тобой! — я махнул рукой, почувствовав нарастающее недовольство. — Ставлю всё на себя.

— Проиграешь - отдаёшь мне свой мундир, — напомнил мужик, и я согласно кивнул. — Отлично.