Чехов. Книга 2. Дело Васильевской лавки

Как-никак два козыря на самый крайний случай у меня были, и из сложившейся ситуации я выйду с минимальными потерями. Только вот прибегать к этим козырям я очень не хотел.

— Пройдемте, мастер Чехов, — попросил один из жандармов, и я послушно прошел в отдел.

Иванов уже с довольным видом сидел в кабинете. Перед ним лежала открытая папка. Едва я переступил порог, он откинулся на спинку кресла и жизнерадостно произнес:

— Добрый день, мастер Чехов! Вот снова и свиделись.

— Да какой же он добрый, если свиделись? — уточнил я.

Жандарм только развел руками.

— Я позвал вас просто побеседовать о сложившейся ситуации. Прошу, присаживайтесь. — Он указал на свободное кресло, и я прошел по бетонному полу и сел за стол напротив парня. — Рассказывайте, что произошло, — мягко попросил хозяин кабинета.

— Так вчера все рассказал? — со сделанным удивлением ответил я. — Прибыл домой, отпустил слугу, во двор вошли пятеро. Начали бой. Я отрезал выход из арки и защищался, пока не подоспел какой-то прохожий.

Иванов же вынул из папки лист, и принялся делать вид, что неторопливо читает. Я спокойно ждал, когда эта часть представления закончится. Жандарм наверняка уже ознакомился с показаниями, которые я дал вчера дежурной группе. И понимал, что парень просто тянет время, пока в одном из соседних кабинетов допрашивают Зимина.

Спустя время Иванов нехотя отложил лист и взглянул на меня:

— Прохожий, говорите? — недоверчиво протянул он.

— Ну, я особо не рассматривал. Да и фонарь во дворе хулиганы какие-то разбили.

— Совсем ничего не смогли рассмотреть, Павел Филиппович?

— Такой, знаете, среднего роста, плечистый и крепкий.

— Неизвестный герой, — жандарм кивнул, — понимаю. Ну что, мастер Чехов? Плохи ваши дела. Сегодня утром пришла экспертиза по убитым в вашем дворе. Согласно заключению, троих убили намеренно, в состоянии беспомощности.

Он посмотрел на меня, ожидая реакции. Но я только равнодушно пожал плечами.

— Возможно. Я же говорил, что не видел, что происходило в арке.

Иванов улыбнулся.

— В арке не видели. А вот человека во дворе вы не могли не видеть.

— А, вы про этого! — Я сделал вид, что немного вспомнил. — Так он пришел в себя и пытался меня атаковать. Не думаю, что это можно назвать «состоянием беспомощности».