Чехов. Книга 2. Дело Васильевской лавки

Видимо, ей очень хотелось выглядеть по-человечески, и женщина даже закинула ногу на ногу, поправила на колене подол призрачного платья.

— Я беспокоюсь, что мы не сможем найти толкового секретаря, если девушка надумает уйти.

— За те деньги, что ты обещал ей платить, мы смогли бы нанять кого-то более опытного.

— Опытная у нас вы, Любовь Федоровна, — решил я зайти с лести. — Зачем нам еще одна мудрая женщина в коллективе?

— Это ты тонко подметил, — призрак расплылась в улыбке. Но немного перестаралась, и в уголках губ показались кости челюсти.

— Мне хотелось у вас уточнить еще одну мелочь…

— Да? — Виноградова подозрительно подобралась.

Я вспомнил о нашей с Фомой беседе и на мгновенье представил, что и впрямь спрашиваю женщину о ее смерти. Тряхнул головой и спросил, что собирался:

— В подвале есть небольшая дверь на северной стороне дома. Куда она ведет?

Женщина застыла, словно кадр на пленке старого проектора. Даже замерцала и дважды пропала, чтобы вновь появиться на том же месте с той же приклеенной улыбкой.

— Дверца? — переспросила она.

— Да. Небольшая дверца, которая не открывается.

— Ах, эта! — Женщина тут же расслабилась. — Ты говоришь про выход из подвала. Там одно время хранилось всякое, и нужен был дополнительный выход для разгрузки товара. А потом необходимость в этом отпала, так что дверь заложили.

— То есть? — Я нахмурился. — Она ведь осталась.

— За ней кирпичная кладка. Просто вырывать дверь с коробкой было глупо. Она стоит там намертво-мертво.

На последнем слове Любовь Федоровна хихикнула и повторила его еще пару раз, растягивая буквы, словно напевая.

— Понятно, — кивнул я. — Значит, за ней ничего нет?

— Кроме кирпичей и крысиного гнезда, кажется. Ох, заболтал ты меня, Павел Филиппович. Пойду, проверю ложки на кухне. — С этими словами женщина исчезла, не дав мне сказать ничего в ответ.

— Что ж, — пробормотал я и взял лежавший на столе справочник.

Принялся листать страницы в поисках спортивного зала. Я давно не занимался, и это могло сказаться на моих способностях.

Хоть тренировочные бои и не давали роста в ранге, пропускать их было не желательно. Если забить на работу с Силой, плетения призыва перестанут реагировать на команды. Поэтому помимо боев друг с другом, одаренные старались заниматься хотя бы пять раз в день. Я же не тренировался со дня получения диплома. Поэтому я нашел нужную страницу, вытащил из кармана телефон и набрал номер ближайшего зала. Услышав в динамике заветное: «У аппарата», — произнес:

— Добрый день.