Чехов. Книга 2. Дело Васильевской лавки

Когда вынул аппарат из кармана, увидел на экране высвечивающийся номер Суворова. Улыбнулся и нажал на кнопку, принимая звонок.

— Внимательно слушаю вас, Алексей Михайлович.

— Привет, адвокат Павел Филиппович, — послышался в динамике голос старого друга. — Ко мне приехала наша умница Алиса Белова и рассказала одну занимательную историю о том, как сегодня мертвая девушка Оксана давала показания жандарму Иванову.

На заднем фоне я услышал веселое девичье хихиканье.

— Было дело, — не стал отрицать я. — Белова до сих пор гостит у тебя?

— Ага.

— Почему бы и нет? Только я совсем недавно прибыл от дражайшей бабушки. Так что смогу встретиться через час, не раньше.

— Прекрасно! — тут же произнес Суворов. — Тогда до встречи. И будь готов выложить всякие душещипательные подробности.

Динамик телефона замолчал, и я убрал его в карман. Отпер дверь и вошел в дом.

В темноте гостиной послышались какие-то шорохи и тихие голоса. Я остановился. Нахмурился, вглядываясь в полумрак. Щелкнул пальцами, призывая тотем. Прикрыл глаза, привыкая к силе, которая потекла по венам. И добавил к первому пню еще пару. Они заворочались, опрокидывая кресло в приемной.

— Погром решил в доме устроить? — послышался из темноты ехидный голос.

По лестнице спустилась полупрозрачная Любовь Федоровна. Она зависла над полом на площадке под ступенями и с интересом посмотрела на меня.

Я вздохнул и нехотя убрал тотемы. Поежился. От того, что я резко отрезал себя от источников силы, меня начал бить легкий озноб.

— Да показалось, что в доме кто-то есть, — пояснил я и нахмурился.

— Все верно, — подтвердила Виноградова. — Я есть. Или ты думаешь, что в дом с призраком мог кто-то забраться? Один вон пытался. Я же тебе рассказывала.

— Помню, — ответил и вернул кресло на место. — Просто показалось, что голосов несколько.

— Так бывает, — произнесла Любовь Федоровна.

Я кивнул и потер ладонями лицо. Глубоко вздохнул, приходя в себя.

— Наверное.

— Я видела на парковке новую машину, — сменила тему хозяйка дома, — а рядом с ней светится Фома. И лицо у него при этом такое, словно он выиграл в лотерею.

— Подарок бабушки.

— Наконец-то вы сменили это яркое ведро с болтами, — с нескрываемым облегчением выдохнула Любовь Федоровна.