Жребий некроманта. Надежда рода

— О чём ты говорил с баронессой?

— Да мы и не успели толком поговорить. Ты подошёл практически сразу, — промямлил Санек и кисло посмотрел на меня.

Похоже, он хотел подольше пошушукаться наедине с Марией. А аппетит-то у Шурика растёт. Вчера он и дышать не смел в её обществе, а сегодня с ней уже лясы точить задумал.

— Если она будет обо мне расспрашивать — юли, не отвечай, прикидывайся мёртвым опоссумом. Делай что хочешь, но ничего ей обо мне не рассказывай. Ясно? — строго изрёк я, состроив грозное лицо.

— Ясно, — суетливо кивнул парень.

— Вернёмся к Илье и всё тебе расскажу. А сейчас покажи мне руну, которая даёт заклятию среднюю силу, — хмуро попросил я, решив, что «куур» точно не буду писать на испытании.

— А чем нарисовать-то? — растерялся Корбутов-младший. У него не было ни карандаша, ни пера, ни воображения.

— Да вон в кадке на земле рисуй, — нашёлся я.

Шурик вывел пальцем довольно простенький знак, напоминающий перечёркнутую букву «Н». И мне не составило труда его запомнить.

После этого в зале появился седой чувак в мантии и начал всех подзывать к себе. Мы с Саньком поспешно подошли к нему. И он повёл группу по хитросплетению помпезных залов академии.

Мы потопали по мраморным полам. И звук наших шагов отражался от витых колонн, сводчатых высоких потолков и удивительно правдоподобных статуй. Главное здание академии реально напоминало какую-то фэнтезийную школу магии. Надеюсь, я в этом мире буду не Тем-Кого-Нельзя-Называть.

Мужчина привёл нас к трём кабинетам и разделил группу на три части. Я каким-то образом оказался не с Шуриком, однако мы успели пожелать друг другу удачи. Правда, Санек свою реплику произнёс с огромным скептицизмом. Он явно не верил в меня, даже несмотря на бумагу от баронессы.

Я криво усмехнулся и вошёл в просторное светлое помещение. Внутри обнаружились три ряда одиночных парт, школьная доска и трио женщин в мантиях.

Абитуриенты уселись за парты и перед каждым из нас положили довольно странный набор.

Хорошо хоть дамы любезно объяснили, что нам делать со всем этим добром. И я принялся за работу. Одна из мазей предназначалась для обезболивания пальца. Я жирным слоем нанёс её на кожу и совершенно безболезненно проколол её ножом.