Пожиратели миров. 1 том.

Я пробежался взглядом по исписанному листу, после чего нехитрым способом переписал всё в слова. По крайней мере, попытался.

Да, это не был аварийный сигнал, я правильно определил. Более того, это была передача в ответ на аварийный сигнал.

Система была проста: потерпевший крушение подаёт аварийный сигнал. Его ловит корабль и посылает ответ. Чаще всего это инструкции и сообщения от командира корабля, который поймал призыв о помощи: «будем через столько-то», «предпримите такие-то меры» и всё по этому типу.

Однако, если по какой-то причине команда не успевает ответить, отвечает автоматика.

Она передаёт тип корабля, что принял сигнал помощи, и свои примерные координаты в космическом пространстве. Так можно понять, кто тебя спасёт, когда его ждать и о чём надо предупредить. Повторяется он ритмично, в ответ на аварийный сигнал.

То, что я сейчас ловлю, было типом корабля и его координатами. Проблема была в том, что координаты были сбиты — мы не в космосе, ориентироваться не на что. Тип корабля я тоже не мог определить, так как мешали помехи.

Единственное, что мог сказать — он относиться к крупному флоту. То есть к кораблям не меньше, как минимум эсминца.

Понятно…

Я осторожно отключаю антенну и приступаю к её сборке. Казалось бы, бесполезная попытка что-то поймать дала мне сразу два результата.

Во-первых, в этот сектор подаёт ответ один из кораблей Империи. Судя по тому, что я вижу, там всё переведено на автоматику, что наталкивает на мысль, что с его экипажем что-то случилось. Вполне возможно, что то же самое, что и со мной.

Значит, мы не первые и не единственные, кто здесь оказался волею судьбы.

Во-вторых, он посылает сигнал в этот сектор (который может иметь десятки тысяч квадратных километров), а значит отсюда исходит аварийный сигнал. Я не могу сказать точно, мой корабль это или нет, но сам факт его наличия уже радует. Я уже задумывался, что делать, если не обнаружу корабля, но так и не смог к чему-либо прийти, поэтому сейчас я чувствую воодушевление и облегчение. Есть сигнал — есть корабль, а мой — не мой, не играет роли.

Они все схожи.

Я вновь перепрятал приёмник, после чего вернулся обратно в детский дом, где меня ждала подготовка к олимпиаде. Вопросы были простыми, однако я не мог ошибиться. Не имел права упустить этот шанс.

На следующий день меня перехватил после завтрака профессор.

— Сегодня олимпиада. Ты же помнишь? — внимательно посмотрел он на меня.

— Да. Я готов, — у меня не было ни тени сомнения в своих способностях.