Пожиратели миров. 1 том.

Я молча окинул их взглядом, отчего троица подавилась собственным смехом, и продолжил есть. Даже такая вкусная еда теперь не лезла в горло.

Я открыл для себя в этом мире, что едой можно наслаждаться. Медленно есть, чтобы чувствовать каждый оттенок вкуса. Чувствовать лёгкую остроту от перца, лёгкий солоноватый вкус сливочного масла и густой бульон в супе. Я ел не спеша, просто наслаждаясь не только наполнением желудка, как раньше, но и теми ощущениями, что эта еда приносила.

Подумать только, насколько бывает иногда приятно не наедаться, и именно смаковать сам вкус… Медленно и спокойно есть в одиночестве, погрузившись в ощущения, которые передают рецепторы…

А эти трое всё сейчас рушат.

Это повод ненавидеть их ещё больше.

К тому же они были рассадником ереси. Их ужимки, попытки меня соблазнить, касания как бы случайно и показы своих достоинств чуть больше, чем обычно, атаковали меня со всех сторон. Но врезались в железную стену стойкости. Я боролся против демонов — что мне три глупых ребёнка с незавидным будущим, которые ничего лучше не придумали, чем соблазнять космодесантника телом?

Что меня радует, так это их количество — лишь три.

Потому что за их столом седело целых семеро человек. Я бы получил несварение, сядь они все здесь.

Я слышал об их группе. Крашеные сучки — так называли их парни, попутно погружаясь в низменные фантазии о том, как проводят с ними ночь.

Особенно выделялась их лидер, которая была со всеми и ни с кем. Так мне сказал Гринзи. Речь шла о том, что она флиртовала со всеми, но никто так её и не добился.

Я видел эту девушку издалека, и одного взгляда хватило, чтобы понять — она не источник ереси, а сама ересь воплоти. От одного взгляда на неё я чувствовал определённое напряжение, причину которого понять не мог. И надеялся, что она будет держаться подальше.

­— Тебе что, нравится эта еда? — удивлённо округлила глаза азиатка. — Эта мерзкая стряпня?

Она поковырялась вилкой в еде с таким видом, будто ковырялась в экскрементах. Я проигнорировал её вопрос, продолжая молчаливо есть.

На что девушка улыбнулась.

— Хочешь? — пододвинула она поднос, на котором ещё оставались котлета и суп с хлебом и маслом.

Я хотел. Да, я хотел бы съесть и её порцию. Но вместо этого покачал головой. Обжорство никогда не приносит удовлетворения и ведёт только к хаосу. И я не собирался брать еду у человека, которому не доверял. Никто не может сказать точно, не подсыпала ли она туда отраву или слабительное.

— Нет, спасибо.