Кровь Василиска. Книга IV

Видимо, тот, которого Альфа поразил магической дугой. А ведь он еще рухнул с такой высоты… Точно не жилец.

— Очень жаль, — ответил я Жозе.

— Это Проклятые Земли, Люк, здесь такое случается постоянно, — невесело произнес мой собеседник и, подойдя к телу вожака, посмотрел на его грудь, в которую угодила вторая пуля. — Значит, это так называемая Люсиль? — спросил он, и я кивнул.

— Да, но я никогда не буду называть это оружие по имени, — усмехнулся я.

Жумельяк хмыкнул, но никак не стал комментировать мои слова.

— Вторая пуля, значит, попала в шею, — он посмотрел на первое ранение Альфы.

Пуля, которая была под завязку «заправлена» моей ядовитой магией, действительно угодила магическому зверю прямо в шею.

— Странно, что она так сильно ранила монстра, — задумчиво произнес сын кардинала, осматривая рану, которая была гораздо серьезнее, чем та, которую я нанес скорху во второй раз.

— Здесь мягкие ткани, — я коснулся рукой тела и, погрузив пальцы в рану, достал из нее пулю. — А тут мышцы и грудная клетка, — добавил я, доставая вторую пулю.

А еще первый раз я стрелял пулей, которая была насыщена моей магией. Но этого я Жумельяку говорить не собирался. Пока я доставал из монстра пули, я окончательно очистил его тело от яда, полностью впитав его обратно в свое тело.

— Титус, Тина! — позвал я фангов, которые все еще сидели в подлеске, и те сразу же бросились в мою сторону. — Сидеть! — приказал я волчатам, когда, оказавшись возле меня, они начали лаять и прыгать на меня.

«Переживали, ” — усмехнулся я про себя.

Нехотя, но они выполнили мою команду.

— Жозе, могу я разделать этого скорха? — повернувшись к сыну кардинала, прямо спросил я.

Он удивленно посмотрел на меня, а потом опустил взгляд на фангов и сразу же все понял.

— Собираетесь кормить их этим мясом? — спросил он.

— Верно. Слышал, что магические звери становятся сильнее, если едят мясо других магических зверей, — ответил я Жозе.

— Все так, — кивнул собеседник. — Но у меня к вам просьба, Люк, — произнес кардинальский сын.

— Мне не жалко, забирайте, — спокойно произнес я, понимая, что от меня хочет Жумельяк. — Я вырежу сердце и печень. Если вам необходимо оставшееся тело, тогда можете делать с ним все, что хотите, — добавил я, доставая из ножен кинжал.