Возвращение Безумного Бога 7

Вычурные, фантасмагорические растения уступили место изящным клумбам и ажурным беседкам, увитым диковинными цветами.

В воздухе парили светящиеся сферы, мерцающие всеми оттенками перламутра. Их мягкий, льющийся отовсюду свет ласкал глаз, дарил умиротворение.

— Костя, это место… оно очень красивое, — удивленно произнесла Кристина Валерьевна, оглядываясь по сторонам. — Но… А как же поминки? Мы же должны помянуть ушедших.

— Мы присоединимся к нашим позже, — сказал я, глядя на тропинку, петляющую среди цветов. — Сперва вы должны кое-что увидеть.

— Вот это да! Это ж сколько мёда можно из этих цветов добыть! — выдохнула Мелинта, осторожно касаясь пышных розовых бутонов размером с добрый арбуз. При её прикосновении лепестки затрепетали, источая сладкий аромат.

Настя озиралась с лёгкой улыбкой, явно погрузившись в воспоминания. По лицу Айсштиль скользнуло странное выражение — что-то среднее между ностальгией и лёгкой печалью.

— Помню, помню, как мы сражались тут со странными монстрами, — сказала Айсштиль.

— Ага, Настю чуть не утащили в нору, — припомнила Эмми.

— Я просто им поддалась немного, а то было бы слишком скучно, — быстро сказала ученица.

Для Кристины Валерьевны, впервые попавшей сюда, окружающее казалось сказочным видением, чудесным сном.

Тем временем к нам, бесшумно ступая, начали приближаться местные обитатели. Воздушные, полупрозрачные создания, порождения чей-то фантазии.

Вот величавый олень с ветвистыми рогами, увитыми светящимися нитями.

Все они, ничуть не робея, приблизились к девушкам. Подставляли морды под ласку, тыкались мягкими носами в ладони.

— Ой, а я думала, призраки холодные! — удивилась Сахаринка. Её рука покоилась меж рожек молодого оленёнка, поглаживая и почёсывая. — А они тёплые-тёплые!

— И не говори! — поддакнула Эмми, восторженно тиская пушистые лисьи бока.

— Ну это большой прогресс по сравнению с тем полудохлым единорожиком, который тут жил в прошлый раз. — припомнила Настя. — Он откинул копыта, стоило лишь подышать на него лишний раз… А эти крепкие, обнимашки хорошо переносят.

Я улыбнулся, глядя на этакую идиллию. Да, здесь, в моём мире, любой чувствует себя в безопасности.