Бастард. Роман Алексея Осадчука

Он — один из лучших лекарей в этом городе. Я лично знаком с некоторыми, кому он помог.

М-да… Промах. Эх, скорей бы уже тело начало слушаться! Беспомощное состояние начинало раздражать.

— Но вы правы, — неожиданно произнес Бертран. — Мне доводилось видеть действие настойки из пыли алого пустыша на одного человека. После одной капли он мгновенно заснул и проспал целые сутки. Но его рана даже близко не была такой опасной, как ваша. Вы же, я смотрю, даже взбодрились.

Значит, все-таки мне не показалось. Бертрана удивило то, что после приема лекарства я сразу не вырубился.

— Вот видишь! — обрадовался я.

— Два часа, — быстро произнес Бертран.

— Что? — не понял я.

— Интервал. Два часа. И если я вижу, что вы теряете сознание — мы останавливаемся.

Бертран вытащил руку с пузырьком из-за спины.

— Договорились, — кивнул я.

— Тогда ждем два часа, — произнес Бертран и достал из маленького кармашка своего жилета небольшой брегет на тонкой цепочке.

Я проводил взглядом часы слуги, которые он снова спрятал в кармашек. Явно серебряная игрушка. Любопытно, откуда такая вещь у простого слуги?

Заметив мой взгляд, Бертран снова достал часы и с грустной улыбкой показал их мне.

— Подарок вашей покойной матушки, — со вздохом произнес он. — Еще ни разу не подвели меня. Часовых дел мастера Бергонии знают свое дело. В детстве вы всегда любили играть с этими часами.

А вот и удобный момент подвернулся. Можно начать задавать вопросы.

— Пока ждем, расскажи мне о ней, — попросил я, подражая его грустному тону.

И старик постепенно, благодаря моим наводящим вопросам, начал выкладывать всю подноготную Макса Ренара и его семьи. Бертран говорил без умолку, будто старался использовать удобный момент, пока хозяин внезапно подобрел, и выложить ему все, что у него скопилось на сердце за последние годы.

Я же, в свою очередь, был благодарным слушателем. Когда надо, я грустно вздыхал, иногда негодующе качал головой, удивленно таращил глаза — в общем делал все, чтобы разговорить старика. Мы даже пропустили намеченный прием лекарства. Вернее, Бертран пропустил. Я-то следить за временем не прекращал, но остановить старого слугу даже не подумал — уж больно любопытные и удивительные вещи он рассказывал.

Спохватился он только тогда, когда комнату накрыл сумрак.