Бастард. Роман Алексея Осадчука

Думаю, только что виконт де Англанд оказался именно в таком положении. Выставив перед собой свой меч, который с каждой потерянной каплей крови становился все тяжелее и тяжелее, он наверняка уже чувствовал, как холод начинает сковывать его тело. Волна ярости и гнева, что породили в его сердце резкие слова обидчика, схлынула. Стоя напротив своего соперника, он постепенно начинал осознавать, что ситуация вышла из-под контроля. Он ведь уже представлял, как одним богатырским ударом разрубит тело врага от ключицы до пояса, но в реальности все происходило иначе.

Но просто так сдаваться виконт не собирался. Тяжело припадая на раненную ногу, он попытался снова сократить дистанцию. С каждым шагом оставляя темно-бурый след на песке, он приближался ко мне, готовясь повторить свой предыдущий выпад.

Наконец, он атаковал, но только уже одной рукой. Я же, продолжая улыбаться, подпустил его поближе, и когда был сделан выпад, легко отвел клинок противника в сторону. Затем, резким рывком сократив дистанцию, я подсек ногу виконта и сильным толчком в грудь опрокинул его на землю.

Стальной грохот разлетелся над ристалищем. На трибуны наползла зловещая тишина. Люди были поражены происходящим на арене.

Над лежащим на спине и неуклюже ворочающим руками и ногами виконтом, напоминавшим своим видом огромного жука, уже никто не потешался. Краем уха я услышал несколько жалобных девичьих вскриков.

Не уверен, что меня бы так же пожалели. Это виконт де Англанд у нас олицетворение красоты и благородства. Рыцарь в сияющих доспехах, не иначе.

Ну а я — всего лишь какой-то выскочка, бастард. Ублюдок изменника, облаченный в неопрятные кожаные доспехи. Не удивлюсь, если узнаю, что большинство из присутствующих наблюдают за происходящим на арене, как за неким недоразумением. Вот сейчас виконт встанет на ноги. Поднимет с земли свой меч и зарубит этого бастарда.

Но подняться виконту я не позволил, как и пырнуть меня своим кинжалом, который он выдернул из ножен на поясе. Быстро разоружив противника, я прижал ногой его руку к земле и острием своего клинка приподнял забрало его шлема.

Наши с виконтом взгляды встретились. Сколько же страха и отчаяния было в его глазах. И куда подевался тот яростный воин? Сейчас передо мной лежал двадцатипятилетний парень, который отчаянно хотел жить. Падая на землю, он умудрился каким-то образом разбить свой длинный нос и сейчас кровь заливала его щеки и подбородок.

— Виконт! — улыбнулся я и направил острие моего клинка в его правый глаз.