Наследник, скрывающий свой Род

Меня будто бы со всех сторон сжимали, а теперь резко отпустили. И дело даже не в отступившей боли.

Прислушавшись к себе, я окончательно понял, в чём концептуальное отличие моей индивидуализированной прокачки от автопрокачки всех остальных обладателей Меток. К примеру, на старте у всех есть стакан — Сосредоточение — на сто миллилитров, но заполнен он всего на десять. Когда Метка качается автоматически, она увеличивает и сам «стакан», и его наполнение. В итоге может получиться, что стакан становится объёмом двести миллилитров, а наполнен лишь на пятьдесят.

Я же сперва свой стомиллилитровый стакан наполнил доверху, а затем немного увеличил его. И снова наполнил.

И то же самое я делаю со всеми моими умениями.

Вот и получается, что «отмеченные» в этом мире становятся сильнее более мягким способом. В моём же прошлом мире люди набирали силу через изнурительные тренировки и расширение пределов самих себя. Доводили себя до этих пределов.

Примерно так же я сейчас и воздействую на свою энергосистему.

Вредно это для обычных людей. Но мне доступно несколько персональных трюков. Как раз то, что я могу направлять энергию из Метки на сиюминутное восстановление сил — один из них. Энергия во мне движется быстро, не застаивается, постоянно тратится и восстанавливается.

Размышляя обо всех этих нюансах, я и дошёл до выхода из аномалии. После разрушения семени снежная буря начала стихать, и идти стало гораздо легче.

Впереди послышался шум. Я напрягся и приготовился к бою. Однако, увидев, кто спешит ко мне, расслабился и усмехнулся.

— Поразительно! — выпалил давешний страж в чине младшего лейтенанта. Он возглавлял группу из четырёх человек. Кроме него, тут было несколько вояк из дежурной группы. Все они были одеты в тёплые бушлаты и шапки. Похоже, пост возле «морозной» аномалии предполагал обязательное наличие зимней одежды под рукой.

— А чего это вы тут бегаете? — хмыкнул я.

Вся эта группа изумлённо оглядывала меня со всех сторон.

— Ран нет... — выпалил один из солдат.

— Даже куртка не порвана!

— Как так-то!

Ну и лица у них! Сейчас всё представление о миропорядке у этих ребят перевернулось.

— Мы думали, что, даже закрыв аномалию, вы будете ранены, — проговорил страж предельно серьёзно. — Вот и спешили на помощь. Очень обидно, когда после закрытия аномалии раненый воин не успевает добраться до выхода.

Я смотрел на него серьёзно и оценивающе. Высокоранговые стражи редко бывают дежурными, да и младшими лейтенантами не остаются.