Под знаком Песца

— И с каких это пор я тебе Василий Дмитриевич, а не родной дед?

— С тех самых, как вы меня выставили. Если дед отказывается от внука, он автоматически перестает быть дедом.

— Олег, хоть ты ему скажи, — беспомощно повернулся он к младшему сыну.

— Что сказать-то? Илья все правильно говорит. Я тоже подумываю, а не уйти ли мне из Рода, в котором верховодит левая баба. И ничего хорошего от этого не получается.

— Алка мне не указ! — рявкнул дед.

— Что же ты под ее дудку поешь?

— Чушь не неси. Она знаешь как переживала, когда я Илью выставил? Рыдала и требовала, чтобы вернул.

— Еще бы, интрига пошла не по плану, — буркнул дядя.

— Олег, ты в своей неприязни к жене брата иной раз переходишь все границы. Она и то о тебе столько гадостей не говорит, хотя у нее конкретно есть причина. Илья, поехали домой. Ты Вьюгин, и этого ничего уже не изменит.

Я даже отвечать не стал, только головой покрутил. Щенка нашел, которого хозяин пинает, а тот на первый зов бежит. Какой я ему Вьюгин, если лишили всего, чего смогли? Я впервые задумался о смене фамилии.

Не хочу быть Вьюгиным и имею на это полное право.

— Олег, я не понимаю, почему ты поддерживаешь Илью в этой дури.

— Отец, это не дурь. Я тоже считаю, что для него правильней будет не возвращаться к вам. Со всех сторон безопасней.

— Опять твои бездоказательные обвинения. Или ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Одно тебе скажу: под принуждением или нет, но, выгнав Илью, ты совершил преступление против клана.

— Что значит под принуждением? — рявкнул дед, вычленив только это.

— Опять ты за свое. Чую, и тебя надо выгнать, чтобы в роду раскола не было. Все равно пользы от тебя…

Он пренебрежительно махнул рукой в сторону дяди, ухватился за подлокотники и тяжело встал с кресла, прицельно бросил на журнальный столик мои карту и комплект ключей, к которому оказался пристегнут и ключ от моей бывшей комнаты, после, не прощаясь, пошел к выходу, всем своим видом пытаясь показать, какие мы недальновидные идиоты. Ничего, через пару лет поймет, если доживет.

А то ведь с тети Аллы станется ускорить его конец — слова дяди Олега о ее причастности к смерти родителей засели в голове. Но прошло слишком много лет, чтобы сохранились хоть какие-то улики. Если деньги появятся, можно будет нанять детектива — вдруг чего откопает.

— Интересно, а чужое ментальное влияние можно как-то определить? — задумчиво сказал дядя после того, как дверь за старшим Вьюгиным с треском захлопнулась.

«Можно. На четвертом уровне целительства».