#Бояръ-Аниме. Романов. Том 1 и Том 2

А мы «случайно» проговоримся, что ваши отцы вновь планируют новую шахту.

— Нет, спасибо, — возразил я. — У нас на следующих выходных поездка на горнолыжную базу Орловых. У журналистов будет повод показать свои навыки проникать на закрытую территорию.

— Можно дать аккредитацию некоторым изданиям, — пожал плечами юрист. — Тем более что все равно кто-то да просочится.

Я взглянул на него сквозь темные стекла.

— Это, я так понимаю, отец передает?

— Вам нужно бывать на публике, — пожал плечами Эдуард Талгатович.

— Это верно, — кивнул я.

— Сергей Алексеевич сейчас всегда на виду с князем, Ксения Алексеевна уже рассылает приглашения на прием. А чем заняты вы в глазах общества? Учитесь?

Я качнул головой.

— Разве это плохо?

— Для второго самого известного княжича юга выглядит как минимум подозрительно, — пояснил адвокат. — Там вы приобрели определенную репутацию, а здесь будто совершенно другой человек.

Кивнув ему в ответ, я дождался, пока Виталя заедет на территорию ЦГУ. Внедорожник встал у прохода к главному корпусу, и я попрощался с юристом за руку. Витале еще предстоит довезти его до особняка и вернуться только к концу занятий. А две машины сопровождения останутся на парковке.

Выйдя на улицу, я поправил воротник плаща. Погода за время, проведенное в казематах Кремля, не улучшилась, но хотя бы дождя не было.

Останавливаться на своей лавочке сегодня я не стал, сразу взошел на крыльцо, сдал плащ в гардероб и направился в столовую.

Все, теперь можно выдохнуть. Дело Николаевых-Долгоруковых нас коснуться не должно. А если и появятся вопросы, то допрос уже проведен, и без веских улик повторять его не станет даже царь. Один допрос в календарный год — это максимум, который может выдержать человек, прежде чем сойти с ума. Целители, конечно, умеют выращивать органы, но вернуть разум даже они не способны.

Сотрудники уже были на месте, раздавали завтраки всем желающим. Никого из присутствующих студентов я в лицо не знал. Столик нашей группы был свободен, и я разместился за ним с кружкой кофе и горкой бутербродов с ветчиной и маслом.

Очки снимать не стал, быстро привыкнув к их присутствию на носу. Да и глазам в любом случае нужен небольшой отдых. Вливать в них силу сейчас все равно бесполезно — уже разрушенное я склеить не могу.