Печать Велисы 1. Избранный

Эх… А вот метанием холодного оружия я так и не успел заняться…

Когда мы подошли к двухстворчатой двери, что ведёт вниз, мужик затрясся и упал на колени.

— Прошу вас, господин, эт-самое! Не губите! Я клянусь, никого не убивал!

Он, видно, подумал, что я собираюсь его прирезать и запереть в ячейку.

— Никто тебя убивать не собирается. А ну встать! — шикнул я.

Мужик подскочил на ноги, и я стал подталкивать его вниз. Войдя в помещение морга я, приказал охраннику сесть на металлическое кресло и стянул ремнями по рукам и ногам – они заботливо свисали под подлокотниками и сидушкой.

— Г-господин! Не оставляйте меня тут! А если мертвячка выберется?! — заголосил он, когда я закончил его приковывать.

— Она уже больше месяца лежит? — кивнул я на вторую ячейку.

— П-почти!

— За полдня с тобой ничего не случится. Зачищу второй разлом и вернусь за тобой, — сказал я и направился к двери.

— А если она встанет, и вы не воротитесь?!

Я на его слова обернулся и усмехнулся.

— То тебя спасёт твой сменщик.

Охранник продолжил во всё горло голосить, но после того, как я прошёл вторую дверь, я практически перестал его слышать. Конечно, оставление в опасности даже преступника в мои принципы не входит. Вот только я уже не мент и нахожусь совершенно в другом мире и другой ситуации. Здесь вообще его ждёт казнь через сожжение, если прокурор докажет, что он причастен к убийству аристократов.

Но в данном случае мне нужно было его где-то запереть так, чтобы он не издавал лишнего шума – вдруг кто-то заглянет сюда раньше времени, пока я зачищаю второй разлом.

То, что рассказал мужик о втором уровне, меня неплохо так страшило, если даже укомплектованная группа поисковиков оттуда дала дёру всего лишь от одного босса. Но у меня было много аргументов в противоположную сторону.

Во-первых, как мне кажется, выше четвёртого круга туда никто не входил.

Второе – система никогда не даёт мне непроходимых заданий. Да, у неё своеобразное чувство юмора. Но по крайней мере, я знаю, что по возможности она меня выручает, словно сама жаждет помочь. А её пророческие задания иной раз вводят в потусторонний мандраж.