Лицеист

Я сразу узнал его долговязую фигуру и отливающую рыжим в свете луны макушку. Брат смотрел прямо на меня и явно собирался запустить в окно еще один камешек. Я распахнул створки и из чистого озорства поймал его метательный снаряд прямо на лету. И уже открыл было рот, чтобы поинтересоваться, что вообще происходит, как…

– Тихо! Молчи!

Голос Кости донесся не снизу из-под окна, а вдруг зазвучал прямо у меня в голове. Что бы брат ни говорил про отсутствие в роду Горчаковых менталистов, на такой трюк его талантов вполне хватило.

Похоже, неожиданно для самого Кости – я заметил, что он дублирует свои тайные сигналы: изо всех сил машет руками, то скрещивая их, то изображая жестами молнию, закрывающую рот.

– Да слышу я тебя… то есть – вижу, – тихо прошипел я. – Чего тебе надо-то?

На этот раз Костя даже не стал пытаться лезть мне в голову – вместо этого указал себе под ноги и пару раз подпрыгнул на месте. Потом прочертил пальцем линию от окна к земле – и снова подпрыгнул.

И как прикажете понимать? Что нужно делать? Прыгать? Ладно…

Я раскрыл створки пошире и махнул через подоконник.

На тренировках с Андреем Георгиевичем приходилось проделывать и не такое, так что прыжок получился на славу. У самой земли я сгруппировался, замедлил падение Даром – и шлепнул босыми ногами почти неслышно. Похоже, брат на всякий случай подстраховал.

Только к чему весь этот сыр-бор?

– Молодец, Сань, – прошептал Костя, легонько хлопнув меня по плечу. – Все как надо сделал. Никто не проснулся – я чувствую.

Ну да. Ты ж у нас менталист…

– А что такое? – Я откинул назад еще мокрые волосы.

– Ты чего тут делаешь вообще?

– Тебя вызволяю! – Костя радостно оскалился. – Ты забыл – сегодня Гижицкая нас на концерт звала!

– Ага… – вздохнул я. – Так меня это… дед.

– До утра продрыхнет, как убитый! – Костя махнул рукой. – И Штольц тоже, они вчера… в общем, приняли перед сном малость. Мишка не заложит – я просил.

– А если еще кто?.. – пробормотал я, оглядываясь на стену усадьбы.

– Никто. – Костя заговорщицки улыбнулся.

– Даже не думай… Одаренный я, или так, в конце-то концов?

Да уж. Чудеса да и только. Похоже, мой серьезный и ответственный старший брат, член Госсвета, и фактический глава княжеского рода Горчаковых не только усыпил всю прислугу в доме, но и ненавязчиво подпоил деда с Андреем Георгиевичем.

Только лишь для того, чтобы я мог на несколько часов вырваться на свободу из ссылки в Елизаветино.

– Костик! – Я бросился к брату, стиснул его и чуть приподнял над землей.