Аннулет. Книга 1 - Неофит

Играл со мной, водил в парк, покупал подарки. Нет! Только не умирай!» – Я бросился к нему, опустившись на колени и одновременно тряся головой. Это явно не мои воспоминания. С чего это вдруг я воспылал любовью к деду Диме? Именно так я его раньше и называл. «Какой, нафиг, деда Дима?» – кричала другая часть моего сознания.

Тем временем судороги прекратились, и дед задышал более спокойно. Я же рассматривал его тусклое магическое ядро, которое очень быстро и резко пульсировало. Способ, которым я успокоил свое ядро на пляже, не помог.

Как бы я не экспериментировал, мне никак не удавалось влить в деда хоть капельку своей энергии. К счастью, вскоре пульсация затихла, и дед открыл глаза.

– Виталик... – прохрипел он.

Я помог старику подняться и, доведя до дивана, аккуратно уложил. Затем сходил в свою комнату, принял душ и переоделся. Все это я проделал совершенно автоматически. Затем вернулся в гостиную, где на диване по-прежнему лежал деда Дима. В голове царил полный сумбур, такое впечатление, что сознание раздвоилось.

Самое близкое – это как ощущение дежа-вю. Вроде, первый раз в этой гостиной, но, с другой стороны, помню все до мельчайших деталей. Кресло рядом с диваном так привычно приняло меня в свои объятия.

Первым заговорил дед, пока я ушел в себя, пытаясь хоть как-то упорядочить в голове все те знания, что мне достались от Виталика.

– Как тебя называть, Виктор или Виталик? – спросил он.

– Не знаю, зови Виталиком. Я же по документам теперь так зовусь. – Мы помолчали. – Что теперь будет?

– Ты мой внук, – твердо произнес он, – на самом деле, ты теперь больше мой внук, чем был до этого.

– Звучит странно и непонятно. Что это значит? – Я вопросительно посмотрел на старика. В голове царил полный сумбур, думать было тяжело и неохота.

– Об этом потом, сейчас есть более важные вещи, которые я бы хотел с тобой обсудить, – он прищурился, разглядывая меня, – к тебе вернулась память?

– Да, – не было никакого желания что-то от него скрывать. Похоже, дед – единственный родной человек в этом мире, и, судя по всему, вряд ли он желает мне зла.

– Только память, или сознание раздвоилось? В тебе два человека, или ты один? – Он заставил меня задуматься.

– Нет, вроде, только память. И вот она пока раздвоилась. Трудно объяснить, мыслю я один. В голове нет Виталика, извините, но, похоже, я полностью занял его место.

– Пустое, – махнул он рукой, – Виталик погиб, утонул. Я понимаю. Мне тяжело, что я потерял его, но тебя я не виню.