Кузнец хаоса

Освоившись и проникнувшись местными нравами, я растерял свою почтительность.

Что привело к тому, к чему привело.

— Стоять! — крикнул бог войны, заметив меня.

Древний козёл, слишком много о себе возомнивший. Любитель накатить чего покрепче и рассказать о том, что война самый лучший вид искусства. Вчера я ему высказал, что дерьмо это, а не война. Почему-то он обиделся.

Это он ещё не знал, что со своим дурным характером я целую серию провокаций провёл, отвечая добром на добро. А уж боги всех мастей были теми ещё добряками по отношению к новичкам.

Показав ему неприличный жест, я юркнул за угол и подхватил весло. Откуда весло на Олимпе? О, тут и не такое достать можно. До конца не протрезвевшая персонификация войны выбежала за мной следом и получила смачно по лбу.

— Война — это искусство, война — это искусство… — пробормотал я, с уважением глянув на весло.

Надеюсь, Лодочник не обидится.

Будь я чуть добрее и смиреннее, не переживи крушение всех идеалов и представлений о прекрасном, не замучайся терпеть выходки богов и их высокомерие, проявил бы благоразумие и не учудил бы всё то, что учудил.

Мои выходки не прошли даром. От бога войны я сбежал, но он быстро оклемался, слишком сильный гад. А там уже пошла молва и, закономерно, старичье решило проучить молодого выскочку.

Отчасти — за дело. Но будь я проклят, если хоть на секунду об этом пожалею.

Как в воду глядел. Вскоре меня действительно прокляли.

Боги объединились и устроили настоящую облаву. Напрямую не били, но проклятиями осыпали только так.

— Чтоб тебя ни одно оружие не слушалось! — крикнул бог войны, когда выследил меня.

В один миг меня продрало, а весло выскочило из рук. Мраморного пола не коснулось, заложило вираж, пролетело мимо колонн и статуй, да умчалось обратно к Лодочнику. Скучныё он мужик, но нормальный.

— Чтоб у тебя ни на одну женщину не встал больше! — крикнул я в ответ богу войны.

Удивились все. Я, который раньше проклятиями не кидался, но в первый раз исполнил на отлично. Бог войны, который в моменте раскрылся и просто не ожидал, что молодой бог посмеет так огрызаться.

— Да как ты смеешь?! — вскрикнула богиня любви. — Чтоб тебе никогда не познать ни любви, ни ласки, ни женского тепла!

Меня пробрало во второй раз. Проклятие легло на саму суть, что глубже души.

Мстительная какая.