Кузнец хаоса

Пропускная способность так себе, но это если не знать, что почём. Этот металл дальше пойдёт, как стабилизирующий контур к накопителям, и на одно изделие уйдёт около пятидесяти граммов.

Нормой считалось повысить качество энергоёмкости на тридцать процентов. Общую конструкцию из рун я сдавал отдельно. Ничего такого, всего лишь связка из пяти рун. Ха! Работа для опытного мастера, а не для ученика. Спасибо Дорохову, что позволил проявить себя. Стандартная схема из римских рун в моём исполнении выдавала тридцать один процент.

Но я в качестве эксперимента переработал её на божественный язык. Сознательно был готов запороть заготовку и получить по шапке, но получилось лучше ожиданий. За пару недель я довёл свою схему до результативности в сорок пять процентов.

— Как ты это сделал? — спросил Дорохов, когда «вскрылись» подробности.

— Ну, я старался сделать свою работу качественно, — почесал я макушку и пожал плечами.

Проклятия напряглись, но я временно придавил их. Пока не время говорить правду.

— Так не бывает. Если ты используешь нужную схему, то предел у неё — максимум тридцать пять процентов у опытного мастера.

— Поправьте меня, Михаил Сергеевич, но вроде бы это зависит ещё и от таланта, восприятия, точности исполнения.

— Хочешь сказать, что у тебя настолько огромный талант? — скептически осмотрел он меня. — Ну, давай проверим. Сделаешь всю работу при мне.

Идея меня не обрадовала, но я подумал, а чего такого? В чём он меня обвинит? В том, что я выдаю качество лучше мастерского? В том, что магия другого цвета? Божественный язык выдавал белое свечение вместо золотого у римских рун.

Что он и увидел, когда я сделал при нём всю работу.

— Это ещё что? — спросил он, заметил он базовое отличие при наложении заклинания.

— Где? — спросил я.

Мой голос из-под маски звучал искажённо, лица видно не было.

— Эварницкий, — вздохнул он. — Ты мне голову не дури.

Сам он, кстати, стоял без защитного костюма, используя вариацию энергетического доспеха.

Удобно. Тоже такое заклинание хочу.

— Так и вы конкретнее спрашивайте, Михаил Сергеевич. Что не так?

— Цвет не тот. Ты использовал не римские руны.

— А что мне ещё использовать?

— Уж точно не современный язык. На атлантов тоже не похоже.

— Вы знаете руны атлантов? — оживился я. — Покажете?

— Не раньше, чем ты сдашь на старшего мастера, — поморщился он. — Так что это было?

— Я не имею ни малейшего понятия, почему цвет такой, какой есть.

И это правда.