Рыцарь Резервации

– Ага, так и знала! Верная слуга тщательно хранит стены вверенного ей поместья! – хмыкнула Метта, сидя на заборе и мотая ногами.

Рядом сидела Шпилька и внимательно вглядывалась в усадьбу.

– Пустая трата времени, – проговорил Геллер, выглянув из броневика.

– Нет уж! – воскликнула Свиридова и в очередной раз ткнула кнопку. – С пустыми руками мы отсюда не уедем!

– Похоже, эта слуга слишком преданная одной тени Онегина, – заметил я, присматриваясь к окнам сквозь прутья забора. – Да и Таврино это – просто осажденная крепость.

– Раз так, значит им есть, что охранять, – сказала моя подруга. – Явно внутри не одни пыльные диваны и своры тараканов. Проверим?

– Да, возьми Шпильку и попробуйте проникнуть внутрь и посмотреть, что да как, – распорядился я. – Очень не хочется уезжать отсюда не солоно хлебавши из-за какой-то запуганной служанки. Только осторожно, не спугните никого. Туда и обратно.

– Есть! – кивнула Метта. – Оле оп!

И перевалившись через стену, она пропала. Шпилька тоже спрыгнула вниз и пропала в кустах.

Свиридова все не отступала и пыталась втолковать затворнице:

– ...Александр Владимирович мертв, и вы это знаете! Немедленно откройте ворота последнему представителю рода! К тому же, официально поместье выставлено на торги!

– Постойте, можно мне? – спросил я, положив ладонь на плечо Свиридовой. – Раз она моя будущая подданная, мне нужно найти с ней общий язык.

– Хорошо, валяйте, – кивнула Свиридова, и я подошел к пульту.

Да, можно было пойти и более примитивным путем, однако сначала попробуем дипломатичный подход.

– Добрый день, – сказал я, тщательно подбирая слова. – Я Илья Тимофеевич Марлинский, и мне обещали помочь с приобретением этого поместья после того, как я сладил с юдом и спас множество жизней. Я дальний родственник Онегина, но это последнее, что меня сейчас волнует. Я был в деревне, и мне очень не понравилось, как там живет народ из-за Горбатовых. Поэтому мне бы очень хотелось поселиться здесь, чтобы вновь сделать Таврино живым. Если вы мне поможете...

– Сделать это поместье вновь живым может только Александр Онегин, а не какой-то там родственник! – отрезали из динамика.

Как ни странно, но говорили совсем другим голосом. Ага, значит, их там двое! Хорошо, попробуем разговорить их.

– Онегин пропал без вести, как мне сказали, – продолжил я нащупывать ниточку к этой паре странных дам. – И признан мертвым.

– Значит, вам тем более здесь делать нечего. Никто кроме Александра Владимировича не сможет справиться с Таврино.