Пермский Губернский

А это – крайне сомнительно для моей безупречной репутации…

- Как это, закинут?

- Контракт фамильяра не аннулируется после смерти хозяина, а переносится на ближайшего родственника. Если бы в Первой ветви остался родственник младшей линии – то перешёл бы к нему. Но в Первой ветви остался только ты. Значит - после твоей смерти, я бы перешёл ко Второй ветви и родственнику старшей линии. То есть, к Иннокентию Гавриловичу.

- Это ещё, кто?

- Твой «любимый» Дядя Кеша. – кошак внимательно посмотрел на меня, а затем перевёл взгляд на кипу документов: - Нет, у тебя явно проблемы с башкой.

- Из-за того, что один наш общий знакомый интересуется тем, что по праву принадлежит мне. Не нравится мне подобная суета.

- Хе… Америку открыл. – хмыкнул кот и свернулся калачиком: - Кеша только и делал, что молился о твоей скорейшей кончине. Хреновые родственнички тебе достались, друг.

- Видишь? Ты и сам всё прекрасно знаешь.

- Ваша Светлость? – в палату заглянула Даша: - У вас всё хоро… Ой, а что это за прелесть? – медсестра тут же подошла к тумбочке, где лежал кот: - Чей он?

- Мой. – ответил я.

- А можно погладить? – и не дожидаясь ответа, девушка аккуратно взяла Семёна ну руки.

- Пу-у-ур! – натурально промурлыкал сгусток мохнатой тьмы и начал обнюхивать милое личико медсестры.

- Какой мягонький и пушистенький! – девушка поглаживала кошака, а тот, потеряв всякое приличие, затарахтел, как старый дизель. Про «дизель» это я уже взял из останков памяти бывшего хозяина тела.

- Пу-у-ур! – радостно подмурлыкивал кошак, а затем поставил передние лапки на грудь девушки и начал топтаться.

- Тебе нравится? Ну, конечно, тебе нравится! Хороший котик! Хороший…

Плохой. Очень плохой кот.

- Ур-ру-ру! – натоптавшись вдоволь, Семён обмяк в руках Даши.

- Очень хороший котик! Но мне пора за работу. – положив наглого кошака обратно на тумбочку, медсестра поспешила к выходу: - Ваша Светлость! Пожалуйста не забывайте, что, если вам, что-то понадобится – нажмите на кнопку вызова. Хорошо?

- Всенепременно. – ответил я, поглядывая на развратный сгусток тьмы.

- Ладушки! – обрадованно произнесла Даша и выпорхнула из палаты.

- Это, что такое было? – поинтересовался я.