Эпоха Опустошителя. Том IV

– Рискованно, но действенно.

«Дурак! До такого бредового плана мог додуматься только ты», – колко отметила спата.

– Я… я тебя тоже люблю… малышка, – с тяжелой одышкой проблеял я, быстро развеивая всю магию и загоняя эмоциональный клин в расшалившееся неистовство.

Впрочем, с некоторых пор клин полностью удалось преобразовать в подавление.

Подавление всего человеческого…

– Ты и твоя сталь Древних необычайно прекрасна, – похвалил я её.

«Порой ты умеешь быть галантным с девушками, – засмущалась Альяна весело рассмеявшись.

– Боюсь, галантным я могу быть только с тобой, ведь ты меня знаешь, как облупленного, – закряхтел по-стариковски я, принимая сидячее положение и спиной опираясь на один из массивных кореньев, а также внимательно оглядываясь по сторонам. – Что ж, с уверенностью могу заявить, что мы в заднице, но не в совсем основательной…

Однако практически моментально пришлось заткнуться, потому как в радиус аурного импульса кто-то стремительно ворвался.

«Накаркал», – заключила насмешливо спата.

Протест лишь слабо пульсировал и на ум приходило всего два варианта. Врагов либо слишком много и те попытаются задавить числом, либо их слишком мало, и они все достаточно сильны.

– Горе мне, – поморщился я, медленно кладя руки на рукояти Гамм и неспешно набрасывая цепи на запястья. – Как думаешь, за нами сейчас следят? Видят нас? Слышат?

«Видят – да, слышат – вряд ли. К тому же не забывай, что ты белая ворона среди северян. К тебе либо будет слишком пристальное внимание, либо постараются замылить твоё участие».

– Что ж, тогда не будем рисковать, – расплылся я в предвкушающей усмешке, вглядываясь в полумрак.

Буквально сразу среди исполинских корней взгляд вначале выцепил чьи-то ярко-алые глаза-угольки. Однако через пару мгновений их количество стало стремительно увеличиваться. С каждым вдохом неизвестных тварей становилось всё больше. В нос вдруг ударила смрадная собачья полусгнившая вонь, а слух уловил голодное рычание.

– Вперед, шавки вшивые, – повысил я голос, провокационно взмахнув краем цепи.

Вот только довести своё бахвальство до конца не удалось. Протест среагировал с секундной заминкой, уклониться хоть и получилось, но выпад неизвестного деревянного орудия мазнул по щеке, задел скулу и полоснул по уху, а затем прямо из исполинского корня выполз неизвестный древесный монстр, затем еще один и еще. И вся это орава возвышалась надо мной, подобно столпам.