Я до сих пор барон. Книга V

Наверняка вы уже столкнулись с коррумпированностью жандармерии.

– Было дело.

– То-то же, – кивнул он. – Эти бандиты слишком глубоко запустили щупальца в город.

– Но как вы такое допустили?

– Молодой человек, это не наша первоочередная задача. А дело жандармерии. Город новый, и пока мы обустраивали и налаживали бесперебойную работу института, эти люди запускали руки в инфраструктуру.

– А как же мэр? Вообще, где он? – удивился я.

Звездочет хмыкнул, как будто я сказал что-то смешное.

– Мэр… – отвел глаза Горький.

– Вы же князь? Почему просто не объявить им родовую войну? – удивился я. – Думаю, тут каждый смог бы справиться.

– Нам сразу пришло это на ум, – улыбнулся директор. – Но оказалось, что все они не благородные, не аристократы, а простолюдины. Таким не объявить войну.

– Хорошо, это же еще проще, – кивнул я. Лора анализировать всю информацию и выдавала мне варианты, которые я либо отклонял, либо принимал в режиме реального времени.

– Пока, Михаил, вы мыслите верно, – кивнул Горький. – Но у них есть связи в городе. Официально Музыканты предоставляют рабочие места обычным людям. Только представьте, что будет, если они неожиданно исчезнут?

Да, у них были сведения, которые я не знал. Все-таки у директора института и князя куда больше открытых дверей, особенно если он на короткой ноге с императором. Но вот и я не пальцем деланный.

– Как на счет доказательств? – спросил я. – Неужели нет улик?

– Все, кто обращался к жандармам, неожиданно либо забирали свои показания, либо пропадали. У института нет прямых улик против этих людей, – ответил Звездочет.

– Тогда я сделал за вас, вашу работу. У меня есть показания сорока свидетелей, что их деревню уничтожили, а их самих похитили. Мы с друзьями спасли этих людей. Их держали под складами на центральном рынке, который контролирует Леня Скрипач. Думаю, слова дочери адмирала Нахимова, сына графа Бердышева или княжича Есенина вам будет достаточно.

– Откуда… Когда ты успел? – удивилась Ермакова. – Это же опасно! Студент института не должен этим заниматься! А если бы вы погибли? Это дело жандармерии!

– Наталья Геннадиевна, голубушка, прошу, – директор поднял руку, и она замолчала. – Продолжайте, Михаил.

Похоже, что я смог их удивить.

– У меня есть записи разговора ученика с главой преступной группировки, Викой Контрабас.