Гром Раскатного. Том 1

— И тебя спасло только одно, ничтожество, — ему так сильно нравилось “чередовать” оскорбления простолюдинов? — Что чернь у нас, у аристократов, бить не принято. Чужую чернь. — а нет, он повторился. Скудный словарный запас.

Из двери туалета, после его слов, вышла служанка, что подтверждало наличие уборной в купе. Она была в типичном для прислуги переднике, с собранными волосами и… с сочным фингалом под глазом.

«Ух ты ж… прислугу бьешь, да, клоун? — тут же подумал я. — Это ты так за провал с Распутиной отжигаешь? На слабых силу пробуешь? Да? Утырок?»

— Короче, я подумал, и надо бы тебя наказать за твою дерзость, — Егор тем временем продолжил тявкать.

— Руки свои марать не буду, не престижно, так что… — Макс, — бугай рядом со мной тут же вытянулся по стойке "смирно". — На следующей остановке выведи это убожество, — О, новое слово! Сразу видно — развивается. — Голову ему проломи, да брось зверью на обед. Только ветвями прикрой, чтобы не нашли случайные гости.

Макс коротко кивнул и схватил меня за плечо.

Со словами: «Ну что, допрыгался, ишак?», он вывел меня из купе и прижал к окну, чтобы я не рыпался. К слову, я не сопротивлялся, а устраивал очередной фокус.

Когда вышла служанка и дверь купе за спиной закрылась, я оставил Егору очень вкусный подарок!

Я отключил подачу свежего воздуха в кондиционере, оставив лишь циркуляцию. Теперь скапливался конденсат на патрубках, который был очень ядовитым, если честно… и по моим подсчетам, в скором времени начнется утечка фреона из-за давления, которое повысилось из-за меня.

Я превысил допустимую скорость подачи газа.

Даже если Егор поймет, что сонливость настанет слишком быстро, он ничего не успеет сделать.

Токсичный газ туманит рассудок, вызывает слабость и в конечном счете заставляет уснуть навечно. Следом, я заблокировал электронный замок и сжег сим-карту в его мобильном телефоне. Ну и обесточил аварийную кнопку.

Таким образом, скоро… газ начнет давить на организм Бирюскина. Ему захочется спать… и он уснет. Нет, конечно, он может просто потерять сознание от "давки", но итог будет один — он умрет.

Бугай держал меня, точнее, я позволял держать себя у стены около пяти минут, пока не объявили остановку: “Хутор Балашиха”. Я не сопротивлялся и просто ждал, когда смогу выйти, подышать свежим воздухом и, наконец, испробовать силу, которая проснулась во мне и требовала себя высвободить.

“Ну что, Максик. Готов стать свидетелем пробуждения первого электроманта в этом мире? “.