Как я строил магическую империю

Боевой внедорожник, взревев мотором, умчался, и вместо него тут же подъехал новенький чёрный «Новгородец». Автомобиль, выпущенный на единственном на сто процентов принадлежащем государству заводе. И это была модификация «престиж». Седан с обтекаемыми формами, бронированным кузовом, при этом предназначенный исключительно для поездок по ровным городским дорогам и демонстрации высокого дохода владельца.

Интересно, где торговец за столь короткое время раздобыл такую красоту?

Мне по ушам рубанул тяжелый металл, и я, распахнув дверь, плюхнулся на пассажирское сиденье.

— В Стихию? — громко спросил Феникс, лишь немного приглушив музыку.

— Да! — кивнул я и осторожно посмотрел в зеркало заднего вида.

Вроде пока никого. Да и не стал бы никто следить за машиной ликвидаторов диких кристаллов. Тем более что я несколько раз «по секрету» громко шептал Константину, что «как посажу этого козла Воробьёва, поеду в самый дорогой клуб города».

Машина резко сорвалась с места и понеслась по пустынным ночным улицам.

Последний этап кампании «Знакомство Усмани с бароном Акуловым» начался.

***

— Ты чего спать не идёшь? — спросил Свят подходящего к воротам Топора.

— Да как тут заснёшь? — пожал плечами тот и по деревянной лестнице забрался на ограду. — Хотел помочь ребятам с новым домом, да там мест нет, как муравьи всё облепили.

— Ага, я видел, — помощник барона кивнул и указал на огни работающей техники дорогопрокладчиков. — А молодцы ребята. Спят посменно, техника вообще не простаивает.

— Так им, небось, барон, ого-го сколько заплатил, — усмехнулся Топор.

«Знал бы ты какое „ого-го“, обалдел бы», — подумал Свят, а вслух спросил: — Что, твой дом сегодня тоже в женское общежитие превратился?

— Нет. В мужское. Ребята, кто девчонок впустил, придут ночевать.

— Жаль, дом не успели достроить…

— Ага.

Они замолчали и некоторое время просто смотрели на огни работающей техники.

— А куда это он собрался? — спросил Топор, указывая на приближающуюся громадину дорогопрокладчика. — Вроде это тот самый, на котором ты катался сегодня.

— Да, он.

Фары монстра горели всё ярче, но не доезжая до ворот метров пятидесяти, аккурат там, где начиналась граница вырубки, он вдруг свернул с дороги. Завизжали пилы, и, срезанные будто веточки, деревья, стали валиться в стороны.

— Водила же ныл, что с него спросят за амортизацию и лишний бензин, — удивлённо почесывая лысую голову, проговорил Топор.

Между тем, дорогопрокладчик все глубже врезался в лес и поехал в вокруг деревни.