Купец VI ранга

За то, что жили чуть лучше, чем остальные, за то, что держались друг за друга, за то, что старались оставаться людьми.

Что до главы Волков, то Жора Зуб никогда не любил Тринадцатых.

— Тогда постараемся забрать с собой, как можно больше этих псов.

Митька старался не смотреть на стоящих за его спиной Оксанку и Егорку. Страшно подумать, что с ними будет…

— Сам-то поди, как обычно, сидит в «Гедонисте» и ждет пока его шавки сделают всю грязную работу.

— Жаль, — вздохнул Митька. — Я бы его…

— Постой-ка… — Женёк снова приник к земле.

— Стража? — нахмурился Митька, в глубине души которого, шевельнулась слабая надежда.

По сравнению со смертью дом призрения уже не казался чем-то ужасным.

— Может быть, — протянул Женёк, — но вряд ли. Слишком сильные. Постой-ка… Идут к нам!

Митька посмотрел на умирающих от ран Аллу с Василем, на свою родню и на всегда жизнерадостного Женька.

— Пусть идут, — произнес он, выходя из убежища навстречу идущему к ним Воину.

Интерлюдия 2. Трактир «Гедонист».

Вера работала разносчицей столько, сколько помнила себя.

Сначала она помогала маме уносить со столов грязную посуду, потом подметала полы и складывала салфетки, а затем и сама стала принимать заказы и разносить блюда.

Старый хозяин позиционировал свой трактир, как семейное заведение, и гости всегда умилялись, глядя на трудолюбивую и старательную девчушку.

«Гедонист» был для Веры родным домом, а маленький, но дружный коллектив настоящей семьей.

И Вера, превратившись из нескладной девочки в стройную девушку, и не думала отсюда уходить.

В свои четырнадцать лет со своей миловидной внешностью и опытом работы она могла с лёгкостью устроиться в лучшие ресторации Петербурга, но она всей душой любила «Гедониста».

Это место прочно ассоциировалось у неё с любовью. С любовью к еде, к людям, к жизни.

Да и сама она была любимец трактира.

И действительно, она с легкостью находила общий язык с любым человеком, а посетители в её присутствии расслаблялись и забывали о житейских невзгодах.

А уж когда от тяжелой болезни слегла её мама, «Гедонист» и вовсе стал для Веры единственным пристанищем.

Все изменилось, когда в результате финансовых махинаций, старого хозяина посадили в долговую яму, а на его место пришел новый управляющий.