Вармастер. Боярская стража

Другое дело, что не совсем ясно – я его высочество не до конца понятно какого королевства, а стражники служат под знаменами странной организации, кто их наказывать будет?

Решили, кстати, без меня – Кирк приказал что-то сопровождающим нас бойцам, явно показывая вывести обоих стражников, но я вмешался.

– Без меня ничего не с ними предпринимать, пусть ждут.

Бойцы в треуголках и понуренные великан с рябым двинулись на выход, а мы вдвоем с Кирком пошагали по темному коридору. Камера принцессы-вейлы оказалась в самом дальнем конце и была отнюдь не образцом удобства.

Каменный мешок без окон – пол, стены, да дырка в углу. Нагая пленница сидела в углу, на наше появление не отреагировала. Руки по-прежнему в тяжелых кандалах – как ее из зала вывели, так и бросили сюда. Массивные оковы казались огромными на ее тоненьких запястьях, под ними заметны натертые кровавые следы.

Локоны спутанные, слипшиеся от крови, за которыми скрылся их мерцающий жизнью пепельно-зеленый цвет; на коже синяки и кровоподтеки, лицо закрыто волосами, видно только губы – ссохшиеся, потрескавшись.

Кирк поднял фонарь повыше и пленница подтянула колени к груди, пытаясь скрыть наготу. Стало заметно, что на плече вейлы серая паутинка под кожей – похоже то самое заражение скверной, о котором говорил рябой Бока.

Кирк подошел ближе, света стало побольше и сквозь спутанные волосы стало заметно, что на меня смотрят поблескивающие зеленым глаза. Вейла в сознании, но чувствовала себя пленная принцесса явно паршиво – болезненно сощурилась даже от неяркого света, взгляд заметно затуманен.

– Сейчас мы заберем тебя отсюда, помоем, подлечим и переведем в более подходящие условия. За тобой будут присматривать, прошу не делать никаких резких движений, чтобы не возвращаться в камеру. После того, как тебя приведут в порядок, мы поговорим как цивилизованные люди…

Говорил я, придерживая пальцем левый уголок губ. Но все равно с каждым произнесенным словом боль в щеке пульсировала все сильнее, стреляя уже противными отголосками в висок. Еще и слабость накатывает волнами, ровно стоять тяжело.

– Она не понимает русский, – неожиданно произнес Кирк из-за спины.

– Да? – удивился я. – Какой же она понимает?

– Эти твари понимают только язык хлыста. Зачем вообще с ней разговаривать?

Затем, что я не понимаю где оказался и мне нужна информация из разных источников, вот зачем. В ином случае я бы промолчал, но – если не задавать прямых вопросов, Кирк тоже источник информации, главное на нужные кнопки нажимать.