Мир падающих звёзд I. Ополченец

— Погляди, может, что сгодится.

Пока Егор глядел, я выложил на стол свои три кости.

— Крыс бил, — сказал Прохор без вопросительной интонации.

— Волкодлака, — поправил я.

— Ишь, ты... — опять обалдел Прохор. — Волкодлака... Ну, добро, добро.

Я уже понял, что факт убийства волкодлака в одну каску здесь — не самое рядовое явление. Мне каким-то образом помогла какая-то сила, что бывает редко, и на что рассчитывать — глупо. Вопросов было много, но, по ощущениям, я двигался в правильном направлении. И потому спокойно ждал, пока тайны мироздания начнут передо мной открываться.

Кстати, о девушках... Двадцать лет без дела пролежал. Ох, и не терпится же дел натворить!

— Деньгами возьмёшь? — так же, как Егора, спросил меня Прохор.

Поскольку Егор никаких инструкций на этот счёт не оставил, я кивнул:

— Деньгами.

С амулетами разобраться ещё успею, а деньги — они и в Африке деньги. Шмот раздобыть — приоритетная задача. Ну и оружие, раз уж меня в охотники произведут.

Прохор побарабанил пальцами по странице гроссбуха, цокнул языком.

— Н-да. Только сперва посвятить тебя надо. Для порядку. Мы от гражданских лиц хабар не принимаем. Ты как, Владимир, охотником стать хочешь?

— Хочу.

— А знаешь ли ты, что это такое?

— В общих чертах понял. Бегать по лесам, убивать тварей, спасать людей, становиться сильнее.

— Ну... Хм... В общих чертах — да, — озадачился Прохор и почесал повязку на глазу. — Там, по уставу, покрасивше изъясниться бы надо, но я всё никак проснуться не могу.

Егор вернулся с кислой физиономией.

— Барахло твои бирюльки, — сказал он. — Деньгами возьму.

— Твой выбор, твоё право, — отмахнулся Прохор. — Давайте. — Он подвинул на середину стола пень. И я обнаружил, что в нём с обеих сторон имеются отверстия. — Ты, Владимир, готов ли вступить в орден Падающей Звезды, служить его интересам и очищать мир от скверны?

— Готов, — пожал я плечами.

— Положи руку в отверстие. Ты, Егор. Готов ли взять в ученики Владимира?

— Готов, — кивнул Егор и положил руку в отверстие со своей стороны.

— Ты, Владимир, принимаешь ли Егора своим Мастером?

— Принимаю.

Руку обожгло болью. Я инстинктивно тут же её выдернул и поднёс к глазам.

Боль быстро утихла. А на тыльной стороной ладони отпечаталась выжженная падающая звезда. Маленькая; издалека — как будто сажей мазнуло.

— Ну, вот ты и один из нас! — провозгласил Прохор.