Славушка и соляной камень

Не строго журил, а так, для виду больше. Славушка деда Филарета давно знавал, понимал по интонации, когда писарь шутит, а когда взаправду гневается. Сейчас точно беззлобно журил. По-отечески.

– А что это, деда Филарет, за вемблюд такой?

Знал Славушка подход к писарю. Того хлебом не корми, дай историю из жизни рассказать. И все эти истории, как одна, занятные были да складные. Иной раз страшные, но чаще веселые. Через них старик отроков да отроковниц уму-разуму учил. «Жизню показывал», – так сам Филарет говаривал.

Старик на Славушку обернулся, хитро прищурившись, и рассказ свой начал.

– Вемблюды те – что кони у ратников наших. Да только страшные больно и плеваться горазды. Колючку что капусту есть могут. Неприхотливы они и на поряд выносливей самого могучего коня.

– Да как же такое вообще возможно? – искренне удивился Славушка. – Было б так, князь великий уже все свое войско на этих вемблюдов пересадил бы.

– Не пересадил бы… – ответил писарь, палкой стуча по колоколу, что над воротами крепостными висел.

– Куды навострился, дед Филарет? – окликнул путников один из стражников. Голос доносился с правой башни.

– Так воевода наш наказ дал излучину Волыни обсмотреть, – задрав голову, прокричал стражнику писарь. – Там, за Валуйской сопкой, на севере.

– Ааа… Ну добро. Не петляй паренька-то, заблудится.

– Этот еще и прикуп даст, чтоб и впрямь заблудиться, – отбрехался Филарет, выходя на ровяной мост.

– Ээт точно… – захохотали стражники да и потеряли к выходящим всякий интерес.

Писарь со Славушкой мост пересекли, взяли правее крепости и пошли вдоль одного из рукавов хитрого рва солнцеворотного.

Филарет продолжил рассказ:

– Не пересадил бы князь дружину на вемблюдов, потому как звери те, акромя как в пустыне, нигде не водятся больше.

– А как же они там, в пустыне-то, живут? Ни еды, ни воды там нет. Ты сам сказывал.

Славушка про пустыни уже слышал, правда, иную историю. Про полководца одного славного, который полмира покорил с войском своим. И в той истории ни о каких вемблюдах речи не шло.

– А так и живут, – ответил писарь, вышагивая по узкой тропке, росу ногами пугая. – Пустынные они звери. Воду раз в месяц пьют, зато помногу.