Операция «Шасть!»

– Отвечай же нам, электрическая душа! – потребовал Илья у Попова.

– Не кипятись, мальчуган, – Лёха примирительно ткнул семипудового мальчугана в плечо. – Говорил, говорил… А я тебе не говорил, что просто хочу заниматься любимой работой? Здесь, а не у буржуинов! И реального воплощения своим идеям желаю. Чтобы овеществлённые, так их разэтак, результаты руками можно было потрогать. И сказать: да, брат Попов, недаром тебя отчизна поила берёзовым соком и кормила ситными калачами. Да разве ж я один такой?

– Не один.

Здесь – три лучших представителя поколения, – уточнил Никита. – Возражения? Отсутствуют? Тогда – по полста!

Полста поглотились единым махом.

– Кстати, товарищи бойцы, лично я нахожу сегодняшнюю ситуацию странной. – Никита со сноровкой ветерана, рассыпающего порох по пороховницам, вдругоряд разлил по стаканам. – Поглядите, в какую поленницу делишки-дровишки складываются. Один к одному. С Ильёй я знаком несколько недель. С тобой, Алексей, всего несколько часов.

А ощущение – как будто мы с яслей вместе. А отчего?

– Ну, так мы же все хорошие люди! – приосанился Муромский.

– О! Кучно положил. В самое яблочко! Врежем по поводу?

– Об чём речь, – заулыбались Илья с Лёхой.

Врезали. Поскольку темы пошли серьёзные, а заедать такие имеет смысл только строганиной из медвежатины, обошлись вовсе без закуски.

– Продолжаю доклад. Итак, при здравом размышлении поражают три момента. Первый. Случайно, вдруг, мы разом оказались безработными.

Разом! Второй момент. Случайно, вдруг, сошлись в одно время в одном месте. И, наконец, третий. Вот вы меня уважаете?

Возражений на этот счёт не последовало. Последовало лишь предложение наполнить звонкие чары. Что и было проделано немедленно.

– И я вас уважаю, – сказал Никита, катнув опустевшую бутыль из-под «Государыни Императрицы» в угол. – Видите, мы – опять же вдруг! – оказались взаимно уважаемыми людьми. Вот какие совпадения. Предлагаю выпить за подарок судьбы.

За то, что она подкинула нам одну из великолепных загадок, ради которых мы и любим нашу жизнь!

– Ну ты даёшь! – восхитился Лёха. – Чисто Демосфен! Как по писаному чешешь.

– А что, – скромно заметил Никита, – и по писаному. Или я не писюк?

– Звучит нехорошо, – поморщился Муромский. – Может, лучше письменник, а?

– Лишь бы не язвенник, – согласился Никита. – Кстати, бойцы, давайте-ка учтём ряд случайностей, которые на нас сегодня навалились.