Нужный

В церемонии награждения, похоже, случилась небольшая заминка.

- … А теперь, когда высочайший приветственный адрес Его императорского Величества зачитан и награды вручены, позвольте сказать еще кое-что, - заместитель министра просвещения и общественного призрения потряс руками, привлекая всеобщее внимание. – Позвольте мне напомнить некоторые положения имперского статута Почетного знака Святой Ольги. Награждение почетным знаком, согласно статуту, влечет за собой возможность получения личного дворянства для подданного неблагородного сословия.

По ходатайству, поданному на высочайшее имя Его императорского Величества…

Остальное Доброблюбов, собственно, как и остальные, присутствующие, уже не слушал. В зале начал нарастать глухой шум, в котором отчетливо звучали нотки бушующей морской волны и ее ударов о берег.

***

Что в этот самый момент испытывал Рафи было сложно передать. В душе бушевала какая-то адская горчично-шоколадная смесь, которая наполняла его одновременно и невероятным удивлением, и жутким стыдом.

Ведь, его награждали за спасение людей во время пожара, который он же сам начал. Пусть не специально и для своего спасения, но это совершенно не умоляло его вины.

И одному только Богу было известно, каких ему сил стоило держать на лице каменное выражение. Хотелось во весь голос материться, склоняя все и вся через всевозможные колена и коленца.

- Мать его, две медали и дворянство огреб за поджог, - еле слышно пробормотал парень, до сих пор не веря, что это происходит именно с ним.

– Охренеть.

Но к концу торжественного мероприятия Рафи все же удалось «подальше» затолкать все эти моральные терзания. Договорился сам с собой. Святым он и раньше не был. Сейчас же, когда на кону стояла его жизнь, нравственные терзания следовало выбросить на мусорку и забыть о них, как страшный сон.

- Я их всех спас, и это главное, - буркнул он сам себе. – Остальное не важно.

Удовлетворенно хмыкнув этим мыслям, парень пошел к выходу из зала. Его награждение внесло знатную сумятицу в этот день, отчего занятия было отменены, а гимназистов отпустили домой.

Вот он и не стал задерживаться. Успеет еще со всеми познакомиться. И так уже такого наворотил, что дай Бог разгрести.

Спустился по широкой мраморной лестнице и оказался перед длинным коридором, а по совместительству зимним садом, заполненным разнообразными тропическими растениями. Сделал несколько шагов и замер, с не понимаем оглядываясь по сторонам. Как-то подозрительно здесь было.