Имя нам – Легион

По коридору неспешно прохаживался, заложив руки за спину, Волк-Вольдемар, с головы до ног увешанный оружием и амуницией. Только шлем держал в руке. Он за-думчиво посмотрел на Филиппа и сообщил:

– Сейчас будет марш-бросок. На десять километров. В полном боевом. Давай-ка, помогу собраться.

Он ловко подогнал прямо на Филиппе ремни, попутно не без высокомерия, но кратко и доходчиво объясняя, что куда и как.

Филипп попрыгал. Все сидело плотно, хоть и не туго. Тесак и фляга по заднице не колотили, ранец по спине не елозил, шлем вокруг головы не вертелся и на глаза не сползал.

Филипп поблагодарил Волка и следом за ним отправился в арсенал.

Личный состав взвода был уже там. Никто, тем не менее, не заворчал и по за-гривку опоздавшему «салаге» не съездил. Вот они, преимущества наемной армии!

Филипп повесил «Дракона» на грудь и засвистел. Непроизвольно получился все тот же «Интернационал»…

До ворот легионеры добрались быстрым шагом.

Безногий привратник Сильвер (Джон, очевидно, подумал Филипп) пожелал им счастливого пути, и они стартовали.

Филипп поначалу намеревался бежать без шлема, но Генрик проявил непре-клонность:

– Привыкай, брат. В бою он едва ли не важнее оружия. К твоему сведению, шлем содержит не только сканер, но и системы ночного и дальновидения, переговорное устройство, широкополосный транслятор сигнала «я свой», воздушный фильтр и само-ликвидатор.

Господи боже! Так вот что имел в виду каптерщик! «Будет по чему опознать, когда башку оторвет…»

– Боюсь, Гена, – признался Филипп, – самоликвидатор – это лишнее.

Я не впол-не готов решиться на такой, заведомо в одну сторону, путь.

– Не думаю, – ответил на это Генрик в том же тоне, – что ты будешь колебаться, сорвать ли чеку, когда (и если) попадешь в лапы онзанам. В лучшем случае они броса-ют пленных в бродильный чан. Живьем. В худшем – сначала проводят множество му-чительных не то экспериментов, не то пыток, а уж затем бросают в чан.

Филипп отмахнулся фигой.

– Чур меня, чур!

От белой дороги в сторону уходил проселок.

Гравий, пыль, выбоины. Полени-лись, господа Большие Братья, асфальт положить. Или не захотели. Лететь сломя голо-ву по такому чуду дорожного строительства Филиппу вовсе не улыбалось. Он притор-мозил. Остальным же – хоть бы хны: запылили, затопали и убежали. Оставили, бедня-гу, одного среди чужих пространств.

…В спину Филиппу что-то уперлось. Угловатое, твердое – и точно под лопатку. Интересно, что? Он не припоминал ничего похожего.