Боевой устав гнома

Чолльсинец влетел в домик белым неудержимым снарядом. Завертелся на месте, отыскивая жертву для оскаленных клыков.

Сторожка, однако, была пуста. Обставлена по-спартански: стол, табурет, низкий топчан, несколько полок на стене. Металлическая жаровня с закопченным чайником. Все грубое, основательное. Топчан застелен тонким одеяльцем, на полках стопки бумаг, на столе – масляный светильник и остатки скудной трапезы. Федор внимательно осмотрел пол, но люка, ведущего под землю, тоже не оказалось. Он ухватился за топчан, чтобы приподнять, но в это время снаружи зашумели.

– Стой! – зычно орал Зак. – Стой, коротышка, стрелять буду!

– Он между грядками прятался! – верещала какая-то из гоблинш. – Я видела!

– Не стреляйте! – кричала Прозерпина. – Это же Глоно, он не опасен.

Комиссар выскочил наружу. Вдоль железной дороги, сильно косолапя, чесал гном. Одной рукой он придерживал головной убор, а другой размахивал, помогая себе бежать. Получалось не очень – ноги у бегущего были коротковаты, а вес велик.

Настигли беглеца возле развилки дорог. Шумно пыхтя, человечек подскочил к железнодорожной стрелке, ухватился за рукоятку переведения путей обеими руками и вытянулся, словно по команде «смирно».

– Никуда не отлучаюсь, следую инструкции, – густым басом, часто делая паузы из-за одышки, забубнил он. – Дорога под присмотром, все механизмы смазаны, костыли везде забиты и проверены. Гайки и болты затянуты. Семафор на профилактике. Доклад завершил, младший стрелочник Глоно.

Соображая, как реагировать на ситуацию, Федор придерживал за холку рычащего Фенрица и рассматривал младшего стрелочника. Это был гном средних лет, широкоплечий, коренастый, с умным, хоть и слегка напуганным лицом. Борода густая, разделенная на три пучка, увязанных шнурками в подобие «конских хвостов», одежда бедная, с заплатами, но чистая и опрятная. На голове – форменный колпак с кокардой, из-под которого торчат редкие черные волосы. На ногах – стоптанные кирзовые сапоги.

– Доклад принял, – наконец сказал комиссар. – Ты почему от нас убегал, борода?

– Никуда не убегал, стою тут вторую смену, – забубнил Глоно, уставившись вниз. – Такой приказ, я не нарушаю. Не заносите больше выговоров в личное дело, господин новый начальник.

Сзади подоспели еще экспедиционеры – Зак, Квакваса и Прозерпина.

– Говорила же, это он, – сказала гномелла. – Обходчик здешний. Хорошо, что не выстрелили, сир комдив.